– А ты еще спрашиваешь, почему я прочесывал сетью дно пруда, – мягко пробормотал Ник. – Но теперь я прошу тебя вспомнить одну старую истину: от добра добра не ищут. Пенни недоуменно захлопала глазами.

– Да, вспомнить это – и забыть все эти душещипательные сантименты… О нет! – Ник нахмурился, когда она внезапно попыталась освободиться от его хватки. – Ради нашего сына я призываю тебя забыть Джонни и попытаться возродить наш брак, – натянуто проговорил он. – Может быть, это покажется тебе чрезмерным требованием. Но, возможно, даже если тебе не удастся вернуть прежний пыл, со временем ты снова почувствуешь себя счастливой со мной.

Ради нашего сына… Возродить наш брак… Только две эти фразы и смогла понять Пенни.

Остальное с таким же успехом могло быть обращено к стене. Так вот что ему нужно: целиком завладеть Аланом и ею в придачу в качестве полезной помощницы по дому! Гнев и обида охватили Пенни.

Ник уже не хотел развода. Но она не играла никакой роли в перемене его решения. Все, чего она хотела и о чем молилась эти долгие полтора года, он готов был дать ей, после того как провел всего полчаса с их сыном! Это было невероятно жестоко.

– Тебе холодно? – встревоженно спросил Ник. – Почему ты дрожишь?

– Бесчувственный чурбан! – воскликнула она, вырываясь из его рук и устремляясь к двери. – Как смеешь просить об этом после всего, что заставил меня пережить? Может быть, в своей компании ты и непревзойденный светлый ум, но во всем остальном ничего не смыслишь!

Ник первым оказался у двери и быстро захлопнул ее, одновременно пытаясь понять, что такого он сказал. Он обдумывал свои слова, пока играл с Аланом, и полагал, что удастся обойти острые углы. Он мог бы сказать, что ее великая любовь к Джонни будет столь же недолговечной, как и любовь к нему. Что в вопросах верности на нее невозможно положиться, поэтому, коли уж случилось быть ее мужем, он не рискнет выпускать ее из виду. Но он тщательно избегал подобных высказываний и теперь искренне не понимал, почему Пенни смотрит на него безумным взглядом и кричит.

– Успокойся, – ровным тоном сказал он.

– Уйди с дороги или я чем-нибудь запущу в тебя! – пригрозила Пенни.

– Если бессмысленное разрушение доставляет тебе удовольствие, – пожалуйста, – предложил Ник.

Этот ответ привел Пенни в ярость.

– Ты хуже вращающейся двери!

– Вращающейся… двери? – Черные глаза с холодным удивлением смотрели на нее. – Ну, давай, не держи меня в неведении! Чем вдруг я напомнил тебе вращающуюся дверь?

– В одно мгновение ты рядом, а в следующее – тебя уже нет. Ты без конца меняешь решения, и у меня уже кружится голова! – возмущенно выкрикивала Пенни. – Не думаю, что ты сам знаешь, что тебе нужно, но только я начинаю хотеть, чтобы ты снова был со мной, – опять отталкиваешь меня…

– Держи себя в руках! – приказал Ник.

– Держать себя в руках? – повторила Пенни на целую октаву выше. – Боже, ну и дела! Держи себя в руках, но не смей делать этого в постели. Ты хочешь, чтобы я превратилась в застегнутого на все пуговицы извращенца, вроде тебя? Думаю, ты даже не понимаешь, что творится в твоей собственной глупой голове. Думаю, когда ты рядом со мной, твоим поведением руководят только сверхактивные мужские гормоны! И тебе это не нравится, не так ли? Это дает мне власть над тобой, верно? И это чертовски тебя раздражает, Ник Блейн!

Она увидела гнев в его глазах, и это подействовало на нее как алкоголь.