– Помнишь, однажды ты сказала, что в смокинге я напоминаю тебе персонаж из старых черно-белых фильмов? – мягко напомнил Ник. – С тех пор мне всегда становилось немного не по себе, когда я переодевался к обеду. – Ник рассматривал ее простое, но элегантное платье со скромной вышивкой гладью. – А вот ты переоделась.

Пенни только усмехнулась: похоже, меняться ролями стало для них обычным делом. Но как только она второй раз столкнулась с гипнотизирующим взглядом черных глаз, эта мысль тут же улетучилась. Единственное, чего ей теперь хотелось, – это оказаться в его объятиях.

– Ты великолепно выглядишь в этом платье, – проговорил Ник. – И оно будет прекрасным фоном для моего подарка.

– Подарка?

Ник вынул коробочку из стола, за которым сидел, и вложил ей в руки. Пенни поспешила открыть ее. Вынув ожерелье из разноцветных камней, она потрясенно воззрилась на него. Все камни были великолепно огранены и вставлены в изящные оправы, соединенные тонкими золотыми цепочками. Пенни подняла изумленный взгляд на Ника.

– Какое чудо… Где ты его купил?

– Я заказал его по приезде в Триполи. Врач, искушенный в целебных свойствах камней, посоветовал мне, из чего составить ожерелье.

Пенни с трудом проглотила застоявшийся в горле комок.

– Н-но ты… Ник прикоснулся к первому камню.

– Янтарь дает спокойствие, аметист – душевный покой, аквамарин способствует общению, – перечислял он. – Лазурит поможет тебе найти путь в жизни, доверяя собственной интуиции, топаз защитит от житейских невзгод, опал способствует медитации, турмалин исцеляет от травм, ляпис-лазурь превращает негативные взгляды в позитивные… а розовый кварц наделяет здоровой энергией.

– Просто не верится, – пробормотала Пенни, рассматривая каждый камень с глубоким вниманием. – Ты потратил время и силы, даже не будучи уверенным… Для меня это особый, редкий подарок, который говорит о многом. – С этими словами Пенни обвила его шею руками. Ее сердце пело, словно тысяча скрипок, играющих крещендо. – Ты превращаешься в чудесного парня, Ник!

Он нахмурился. Превращается? Из крысы в чудесного парня. Стремительное превращение, нужно признать. Ник знал, что Пенни обрадуется ожерелью, но его удивило, что оно вызвало столь сильную реакцию. Впрочем, Пенни всегда была очень впечатлительна. Вспомнив о холодном расчете, что руководил им при покупке подарка, Ник почувствовал слабый укол совести.

– Надень его на меня, – попросила Пенни.

Взяв у нее ожерелье, Ник расстегнул застежку. Пенни повернулась к нему спиной и нагнула голову. Едва почувствовав холодную тяжесть камней, она тут же ощутила жар многообещающего, чувственного поцелуя на затылке, и колени ее едва не подогнулись. Каждая клеточка тела ответила на это прикосновение, и Пенни задохнулась от восторга.

– Вы так восхитительно отзывчивы, мадам Блейн, – хрипловато поддразнил ее Ник, когда она упала спиной в раскрытые для нее объятия.

– Ник… – дрожащим голосом произнесла она.

– Расслабься, – потребовал он и провел руками по ее напрягшимся грудям.

Пенни вздрогнула и застонала, изогнувшись в лихорадочном возбуждении. Прошла всего неделя – а казалось, сто лет, – с тех пор, как она ощущала его прикосновения.

Прерывисто вздохнув, Ник повернул ее к себе лицом и поцеловал с жадностью, равной той, какую испытывала она сама. Затем он оторвался от ее губ и крепко прижал Пенни к себе.

– Не стоило этого делать… – Он задыхался. – Особенно когда уже позвонили к обеду. Пенни даже не слышала звонка.