— Что ж, начнёшь светиться — сможешь экономить на электричестве.

— Вот тебе смешно, Джун, а они подозревали трещину в кости! — Сато упал на ящик, драматично закатив глаза. — Из-за коробки, Канэко-кун! Из-за обычной картонной коробки!

— Ужас, — Я машинально поправил воротник, пряча грязное пятно на шее. — Интересно, страховка покрывает травмы от картона?

Сато, не замечая иронии, продолжил, разматывая бинт:

— А потом, медсестра сказала, что возможно придется делать МРТ! Говорит, «а вдруг у вас скрытый перелом или иные повреждения?» — Он ткнул пальцем в невидимого оппонента, обыгрывая сцену в клинике — Я пытался убедить её, что моя жизнь не стоит потраченного электричества! Правда потом пришел врач, с минуту посмотрел на мой снимок и сказал, что с такой ерундой я только отвлекаю их от настоящих больных.

— Странно, — еле сдерживаясь от смеха, проговорил я, — и как он мог себе такое позволить?

— Вот именно, — согласился мой напарник, — Ты не поверишь, но ведь сначала меня и принимать не хотели. Видите ли их врач в приемной не увидел причины для обращения. Мне пришлось с полчаса рассказывать ему о своих жалобах, описать в красках ту катастрофу, что произошла со мной.

— И он проникся, — сказал я, скрывая улыбку на лице коробкой в руках, — и решил тебя госпитализировать?

— И снова ты не угадал. Сначала он откровенно задавал какие-то каверзные вопросы, причем часть из них касалось моего детства.

— Детства? Дорогой друг, а ты точно в больницу обратился? — я сдерживал смех изо всех сил, отчасти не желая оскорбить моего товарища, отчасти от желания дослушать эту историю до конца.

— Джун, естественно в больницу. Это филиал крупной токийской клиники, они то ли по какой-то договоренности принимают нас, то ли совместно работают над изучением чего-то, я не в курсе. — Сато как всегда рассказывал обо всем, что касалось темы разговора. — Только я впервые оказался внутри, и я до сих пор возмущен моим первым опытом.

— Ну плохой опыт тоже опыт, — ответил ему я, сам же в этот момент старался поскорее разобрать оставшийся «хлам». То, что помощник из Каору и до этого был так себе, а сейчас просто выполнял роль радио, я уже понял.

— Вот сейчас я считаю не самый лучший момент для цитирования очередных философских изречений, — немного обиженно сказал Сато, и снова как ни в чем не бывало, продолжил. — Так вот, он интересовался как проходило моё детство, не обижали ли меня ребенком, не было ли в молодости травм, в особенности головы.

Осознав, что больше я уже не выдержу, я побежал в сторону туалета, на ходу прохрипев:

— Я сейчас.

Ответ Сато я уже не слышал. Стоило мне буквально влететь в кабинет раздумий, я включил воду в раковине на полную, и заржал. Меня трясло несколько минут, прежде чем я смог успокоиться. Мне искренне жаль того доктора, которому карма подкинула такого пациента, как Сато. Хотя мне кажется, судя по вопросам, на которые Каору по любому отвечал с присущей ему серьезностью, врач вволю поглумился над ним. Успокоившись, я выдохнул, и вышел снова в общий зал. Надо найти в себе силы хотя бы дослушать всю эту душещипательную историю, чувствую, это еще не конец.

— Извините, Сато-кун, я вынужден был Вас покинуть по крайне важной причине, — проговорил я с максимально возможной для меня серьезностью.