Он снял очки для чтения и посмотрел на меня. Что-то похожее на улыбку сморщило кожу у его глаз и проложило несколько крупных складок почти до ушей.

- Это что-то вроде предупреждения с допросом, так?

- Сейчас вы услышите и предупреждение. Но вам следовало бы ответить на вопрос. Я ведь могу и сам легко это выяснить.

Какое-то время он молчал. Сложил очки и постукивал ими по суставам пальцев левой руки.

- Это факт, у него есть такая доверенность. Знаешь ли, он ведь поверенный в делах госпожи Уэзер.

- И он вступил с вами в переговоры о продаже гостиницы?

- Это верно. Так пожелала госпожа Уэзер, он действовал от ее имени. С твоей стороны было бы глупо предположить, что это было незаконное предложение.

- Конечно, Керч не сделает вам предложения, которое не было бы совершенно законным. И естественно, если бы он все же сделал такое предложение, то вы не захотели бы им воспользоваться. Именно поэтому я вас и предупреждаю.

- Но о чем ты меня предупреждаешь? Твои предупреждения чересчур завуалированы, не находишь?

- Пытался ли Керч продать вам остальную часть имущества моего отца? Клуб "Катей" и радиостанцию?

- Если и пытался, то тебя это не касается. Я повторяю: если бы и пытался.

- Кто управлял состоянием моего отца?

- Национальный банк нашего графства. Но почему ты выбрал меня, чтобы навести справки о своих семейных делах?..

- Я оказываю вам услугу. Стараюсь не связывать порядочную фамилию Сэнфорд с очень неприятным уголовным делом. Национальный банк графства принадлежит вам, правда?

Старый человек вздохнул.

- Только люди, которые ничего не знают о запутанности финансовых структур, люди, подобные тебе, могут сказать, что он принадлежит мне. Я - председатель правления.

- Вчера вечером вы мне сказали, что я являюсь наследником госпожи Уэзер. Это не утка?

- Я не уверен, что понимаю твой жаргон...

- Вы не можете унизить меня, - сказал я не очень любезно. - Вы добрались до положения, которое теперь занимаете, не с помощью распрекрасных слов, произносимых на благопристойных чаепитиях. Вы говорили мне правду?

Он устало махнул рукой.

- Зачем мне лгать тебе? Завещание официально утверждено уже давно.

- Тогда вопрос о продаже имущества моего отца прямо касается меня. Оно принадлежит мне.

- Боюсь, что ты несколько предвосхищаешь события. Владелицей является госпожа Уэзер. Она дала господину Керчу юридическое право действовать от ее имени во всех случаях. Надеюсь, это понятно.

- Это понятно, но это больше не соответствует действительному положению дел. Флорейн Уэзер умерла пару часов назад.

Проницательный взгляд его бледных глаз остановился на моем лице, затем устремился опять в сторону.

- Не знаю, можно ли тебе верить. Почему же она умерла, если действительно умерла?

- Об этом вы узнаете из газет. Я приехал лишь для того, чтобы предупредить. Не пытайтесь что-либо приобрести из принадлежавшего моему отцу, иначе попадете в беду. Может быть, ваши неприятности уже начались.

- Я в этом сомневаюсь. - Он говорил спокойно, но поза его выдавала напряжение. - Заодно могу сказать тебе, что не собираюсь даже рассматривать предложение Керча. Дело в том, что я собирался обговорить этот вопрос с госпожой Уэзер. Меня удивила его поспешность. - Он приподнял левую руку на несколько дюймов, затем бессильно опустил опять на подлокотник. - Теперь ты говоришь, что она умерла.

- Но вы купили гостиницу.

- А почему бы мне ее и не купить?

- Возможно, ни Флорейн Уэзер, ни ее представитель не имеют права продавать имущество моего отца. Убийца не может унаследовать имущество своей жертвы, так ведь говорит закон?

- Не думаю, что какой-то конкретный закон регулирует эти вопросы.