— О, здорово! Ты откуда здесь? — хозяин кабинета был искренне рад, даже проявил уважение, сделав пару шагов мне навстречу: — Присаживайся, рассказывай.

— Да рассказывать особо нечего и некогда. Тебе, я вижу повысили и вторую звезду дали. Поздравляю, очень рад за тебя.

 — Чай кофе будешь? У меня есть пятнадцать минут.

— Нет, спасибо, мне на службу надо. Просто дело очень срочное. Тебя реализация дачи взятки в городском торге интересует?

— Слушай, меня все интересует, тем более ОБХСС не чешется. Прикинь, они в домовой кухне взвесили сначала двадцать свекольных котлет. Все совпало с техкартой. Тогда, эти упорные парни стали взвешивать по одной колете на весах. Естественно, нашлась развесовка, какая то котлета была тяжелее, какая то легче. Ну, вот, они с этим протоколом ко мне явились. Ну я их отправил, выяснять, кто в овощном цеху лепил легкие котлеты, а кто тяжелые. Вот, третий день выясняют.

— Ну тогда на — я протянул начальнику Ключевого РОВД заявление Бородавко.

Владимир Николаевич два раза внимательно прочитал бумагу, затем отложил ее в сторону:

— И в чем подвох?

— Да какой подвох. Птичка сообщила, что три грузчика из нашего вино-водочного на Нерчинской, знаешь же, возле Арены? Так вот, они решили директора магазина поменять, а на ее место посадить сестру одного из них, товароведа магазина Беседину Татьяну, год назад закончившую торговый техникум.

— А, что своим информацию не отдал?

— Но деньги то они понесут в ГорТорг, я это твоя территория. Короче, товарищ Бородавко, у которого ты регулярно водку просишь, готов всячески содействовать изобличению преступной банды. Он взял твой телефон и, когда к нему на прием придет Татьяна Бескова, он даст секретарю команду девушку придержать, а сам маякнет тебе. Ну, а твое дело организовать срочный выезд твоих оперов в ГорТорг. Единственное, что я не сделал — это формы из паспортного на подозреваемых не собрал, ну я думаю, что твои сами с этим справятся. Я думаю, что Бескова будет не одна, все-таки сумма немаленькая, восемь тысяч. Кто ни будь еще будет крутится в Торге. Поэтому вот тебе список соучастников, чтобы их заодно прихватить.

— Слушай, Паша, а что ты в «пепсах» забыл? Давай ко мне….

— Не, спасибо, у меня все нормально. Ну ладно, в пятнадцать минут уложился, был рад видеть. Потом, после реализации сообщишь, что и как.

— А, кстати, когда взятку то понесут?

— По моим прикидкам завтра-послезавтра, на следующей неделе Бородавко на месяц в отпуск улетает, поэтому ребята будут спешить.

На следующий день, вечером среды, я позвонил в приемную Владимира Николаевича, но сообщений для меня не было. А, вот, в четверг, в районе обеда, секретарь буркнула в трубку «Переключаю», после щелчка в микрофоне раздался, довольный донельзя, голос начальника Ключевого РОВД:

— Здорово, Павел. Все случилось. Мои ребята вчера сработали как надо, приняли девушку с деньгами и ее брата в холле. Бородавко плачет, правда, но делает вид, что доволен.

— А что он плачет?

— Так ведь ему следователь подписку о невыезде вручил, как главному свидетелю, какой такой отпуск до конца следствия. Правда начальник торга обещал его в августе в министерский санаторий отпустить и грамоту дать почетную. Но как-то он слабо утешился, ведь путевка в Болгарию пропадает, сам понимаешь.

— Ну что же делать. Всегда сознательные граждане страдают, но выполняют свое долг строителя социализма.

— Ага, точно. Я письмо подписал твоему начальнику на твое поощрение, так что имею ввиду. Мои ОБХСС кипятком писяют, ты им очень сильно показатель поднял.