— Так я и поверила. Чем хвалиться, лучше богу помолиться. И не забывай, что я пока еще не твоя жена.

— Я передал дело адвокату. Твой брак будет аннулирован.

— Каким это образом? Тоньино сегодня уехал в Америку.

— А ты откуда знаешь?

— Он приходил со мной попрощаться.

— Да как он посмел? — возмутился Спартак.

— А ты? Как ты смеешь меня допрашивать? Это я имею право знать, чем закончилась история с Альбертой Бенини. Если, конечно, она закончилась.

— Ах вот к чему ты клонишь!

— А что? Я требую слишком многого?

Опять они были на ножах.

— С Альбертой Бенини покончено. Она осталась в прошлом и больше не будет нас беспокоить. Я бы предпочел, чтобы ее имя вообще не упоминалось.

— Я согласна. Но только, если дело действительно улажено раз и навсегда.

— Знаешь, в чем твоя сила, Маддалена? — спросил Спартак, глядя на нее исподлобья и покачивая головой.

— Скажи мне сам.

— Я люблю тебя. Ты такая красивая, что я, глядя на тебя, просто сгораю от желания. Ты такая сильная, что я уступаю без боя. Ты такая честная, что я в сравнении с тобой сам себе кажусь негодяем, хотя в глубине души мне не в чем себя упрекнуть. И все же я недостоин тебя, — признался Спартак.

— Поешь ты сладко, спорить не стану, и подольститься умеешь. Но я тебя вижу насквозь, меня лестью не проймешь, и тебе бы следовало это знать.

— Когда мы поженимся, я подарю тебе кольцо с огромным бриллиантом.

Мысль об огромном бриллианте не произвела на Лену особого впечатления, ей вообще не верилось, что Спартак может по-настоящему разбогатеть. Но он был тем человеком, которого судьба поставила на ее пути, и она была счастлива принадлежать ему, понимая, что он никогда не перестанет ее любить.

Глава 6

…Это случилось прохладной летней ночью, когда Лена и Спартак крепко спали, обнявшись на старинном супружеском ложе, принадлежавшем в незапамятные времена родителям нотариуса Беллерио. На первом этаже особняка раздался телефонный звонок. Телефон долго звонил, прежде чем они услышали.

Оба бегом спустились по лестнице: ночной звонок не предвещал ничего хорошего. Спартак схватил трубку и еле узнал голос своей матери.

— Что случилось, мама? — спросил он, стараясь оставаться спокойным.

— Миранда заболела, — захлебываясь от рыданий, сообщила мать.

— А что с ней? — испугался Спартак.

— Мы не знаем. Звоню тебе из больницы, мы привезли ее сюда. Дело серьезное, Спартак. Ей очень плохо.

— Я выезжаю немедленно, — сказал он, не задавая больше вопросов.

Лена уже поднялась обратно наверх, выложила на кровать его одежду и принялась упаковывать дорожную сумку.

— Что случилось? — спросила она.

— Моя сестра… ее отвезли в больницу, — ответил он, одеваясь на ходу.

Спартак часто рассказывал о младшей сестренке и всегда говорил о ней с любовью. Лена не была с ней знакома, но знала, что Миранда — добрая, милая, славная девочка, очень привязанная к брату.

— Хочешь, я поеду с тобой в Луго? — предложила Лена.

— Лучше побереги себя, любовь моя, — тихо покачал головой Спартак. — Что бы это ни было, ты ничем не сможешь помочь.

В дверях дома они обнялись.

— Дай мне знать, — попросила Лена.

Она медленно поднялась наверх. Огромный мрачный особняк, погруженный в ночную тишину, вдруг показался ей страшно пустым.