Он частенько говаривал ей:

— Как только у нас появится ребенок, все переменится, вот увидишь.

Лена понимала, насколько для него важно одобрение семьи.

Теперь она была на четвертом месяце. Узнав о ее беременности, Спартак обрадованно предрек:

— Этот ребенок поможет нам сблизиться с моими родителями.

Так и не сомкнув глаз, Лена поднялась с постели, прошла в кухню, взяла из холодильника бутылку молока, вылила немного в алюминиевую кастрюльку и поставила ее на газовую конфорку. Когда молоко согрелось, Лена налила его в глубокую тарелку, накрошила в нее хлеба и принялась есть. Мича проворно вспрыгнула на стол, требуя своей доли похлебки.

С тех самых пор, как Спартак два с половиной года назад увез ее в Болонью, Лена впервые осталась на ночь в доме совершенно одна. Она провела ладонью по уже начавшему округляться животу и вспомнила, какими муками сопровождалась ее первая беременность. На этот раз не было ни тошноты, ни других недомоганий. Лена чувствовала себя здоровой и сильной, как львица. Ей интересно было знать, кто у нее родится, сын или дочь, и очень хотелось поскорее его увидеть.

Синьорина Донадони подарила ей пособие для будущих матерей, и сейчас, поскольку сон все не шел, Лена принялась его листать.

Чтение поглотило ее целиком, и, только когда этажом ниже опять зазвонил телефон, Лена вдруг поняла, что на часах семь утра и солнце уже заливает светом городские крыши.

— Я не вернусь домой раньше вечера, — сказал ей Спартак.

— И больше ты ничего не можешь мне сказать?

— Миранда умерла. Скоротечный менингит. — Его голос был глухим от горя.

— Мне жаль. Мне очень, очень жаль, — пролепетала Лена.

— Ей только-только исполнилось восемнадцать! Она была такая хорошая! — продолжал Спартак. — Мама просто убита горем, отец как в тумане.

— И ты в отчаянии. Я понимаю. О конторе не думай, я ее открою. Пробуду дома весь день на случай, если тебе что-нибудь понадобится, — попыталась утешить его Лена.

— Спасибо тебе, Маддалена. Постарайся хоть ты сохранить спокойствие.

Лена немедленно перезвонила синьорине Донадони, чтобы предупредить, что в этот день не придет на работу.

Престарелая синьорина со временем крепко привязалась к своей служанке. За ее внешней суровостью скрывалась великодушная и щедрая натура. Узнав о беременности Лены, она немедленно набросилась на брата с требованием использовать его связи в церковных кругах, чтобы добиться скорейшего аннулирования брака Лены и Антонио. Вмешательство специалиста по каноническому праву принесло свои плоды: вопреки пессимистическим прогнозам адвоката, занимавшегося оформлением развода по поручению Спартака, дело о расторжении брака Мизерокки — Бальдини стало продвигаться с завидной быстротой.

— Тебе непременно нужно узаконить свое положение, — говорила ей старая дева. — Это очень важно не только для тебя, но и для малыша.

В это утро, услыхав по телефону голос своей подопечной, синьорина Донадони встревожилась.

— Что я могу для тебя сделать? — спросила она.

— Пришлите мне рубашки профессора на дом. Умерла моя золовка, и я не знаю, когда смогу прийти к вам, — объяснила Лена.

Вечером Спартак вернулся в Болонью. На его лице застыла гримаса боли. Рассказывая о сестре, он расплакался, как ребенок.

— Она была такая добрая, такая кроткая! Столько страдала в детстве из-за своей больной ножки, зато, когда выросла, расцвела как цветочек. Если господь так милосерден и всемогущ, почему он должен был лишить ее жизни?

Часами перебирая старые воспоминания о Миранде, он говорил о ней с бесконечной нежностью.