— К вашим услугам, — вымолвил он наконец, кланяясь и прижимая шляпу к груди.

— Граф рассказывает о вас чудеса. Конечно, со слов управляющего. Не знаю, стоит ли всему этому верить или нет, — с улыбкой произнесла она, подходя поближе.

Спартак заметил брошь, сверкавшую на отвороте ее твидового жакета: белая роза с лепестками из мелких жемчужин на изумрудно-зеленом стебле с такими же листиками.

Графиня перехватила его взгляд.

— Вам нравится моя брошка, господин помощник управляющего? — кокетливо спросила она.

Как он мог растолковать этой дамочке, что ее брошка напоминает ему белую дамасскую розу, которую он подарил Лене, встретив ее на берегу Сенио?

— По правде говоря, не знаю, — проговорил он торопливо. — Я в дамских безделушках не разбираюсь.

— А жаль, — томно протянула графиня. — Вы проявили бы отличный вкус, если бы сказали, что она вам понравилась. Эта брошка — маленький шедевр Тиффани. Граф подарил мне ее во время нашего свадебного путешествия в Нью-Йорк.

Женщина говорила таким тоном, словно помощник управляющего, равно как и брошка, и ее муж да и весь белый свет составляли часть некой шутки, понятной только ей одной.

— Должен вас разочаровать, но здесь у нас в деревне имя Тиффани звучит как марка какого-нибудь трактора, — возразил Спартак, наградив ее насмешливой улыбкой.

— О, вижу, вы меня не разочаруете. Как раз наоборот, — игриво намекнула она. — Сейчас нас ждут к обеду, но потом я бы хотела, чтобы вы мне показали конюшни. Граф намерен задержаться в деревне. Что касается меня, придется мне коротать дни за верховыми прогулками. Вы ездите верхом, господин помощник управляющего?

Спартак сделал вид, что поддерживает ее игру.

— Когда выпадает случай, стараюсь не ударить в грязь лицом, — ответил он.

— Именно в этом мне бы и хотелось убедиться, — кивнула графиня.

Повернувшись на каблуках, она прошла вперед к дому. Спартак последовал за ней. Антавлева, не упустившая ни слова из их разговора, догнала его и дернула за полу куртки.

— Все, как я говорила, — прошептала девочка.

Спартак улыбнулся и подмигнул ей в ответ.

Глава 10

Дверь была распахнута настежь, и Тоньино остановился на пороге, боясь войти. Все произошло без ведома Лены, и теперь он опасался ее гнева.

Лена мыла пол, завязав волосы косынкой, закатав рукава блузки и подоткнув юбку за пояс. Время от времени окуная щетку из стеблей сорго в стоявшее рядом ведро с водой, она с угрюмым остервенением шаркала ею взад-вперед по плиткам обожженной глины, словно намереваясь стереть их в порошок.

— Если вы пришли пообедать, то знайте, что в доме нет ни кусочка сала, ни горсти муки, ни хлеба, ни соли, ни зелени. Зато у нас есть электрический свет. Не знаю, можно ли его подать на стол, — такими словами встретила она мужа, не отрываясь от своего занятия.

Тоньино сделал было шаг по направлению к ней, но Лена в бешенстве его остановила:

— Вы что, не видите, что пол мокрый? Я его мою, а вы, стало быть, таскаете мне сюда грязь на своих башмаках!

Присев на высоком каменном пороге, Тоньино снял башмаки и носки, а потом прошел босиком в кухню и поставил на стол глиняный горшок, полный горячего, вкусно пахнущего супа.

— Вот, это нам послала Сантина. Ей пришлось пойти в дом управляющего.