— Я заметил, — ответил я с тревогой в голосе. Большинство дам, которых я встречал в своей жизни, полагают, что иметь рядом мужчину – дело обязательное. А эта малышка, видимо, решила отречься от всего, что считается обязательным в жизни. Бедная, испуганная малютка. Чертовски хорошенькая, кстати. Я решил сменить тему: – Так ты говоришь, тебя зовут Икра?

— Да, но это не моя кличка. Вообще, меня назвали в честь моего пропавшего отца. Темная ему память.

— Правда? — отозвался я, придумывая, что еще остроумного я могу выдать.

— Да, — продолжала она, прекратив на время свои прихорашивания. Подняв голову, внимательно посмотрела на меня с ледяным презрением, которым она, наверное, награждала всякого кота. — Мое настоящее имя Полуночница Луиза.

Если б я мог, то побелел бы.

Глава 30 Волей неволей

Темпл, Пегги Вильгельм и сестра Серафина стояли возле дома Тайлер, глядя на его впечатляющие размеры с благоговейным страхом, точно Дороти и ее друзья – на Изумрудный город.

На Темпл лежало пожизненное клеймо схожести с Дороти, по крайней мере, с той, что играла Джуди Гарленд в кино: девчонка со Среднего Запада, с врожденным оптимизмом и верой во все, что выше радуги; она действительно таскала красные туфельки, а вместо Тотошки у нее был черный кот по кличке Черныш Луи. Более того, она постоянно пускалась в рискованные приключения по все более экзотичным просторам чужих психологии, профессий и «как бы профессий», особенно если посчитать «как бы профессией» вмешательство в криминалистику.

— Значит, вы говорите, что лейтенант Моллина была не против, чтобы мы зашли внутрь? — спросила Темпл сестру Серафину уже не в первый раз.

— Дом чист, — четко выговорила сестра Серафина. — Похоже, что жутких следов насилия там нет. Травмы, которые убили бедную Бландину, она могла получить во время падения. Полиция забрала вещественные доказательства, на случай если появится новая информация. А дом со всеми этими котами во всем этом – обуза похлестче белого слона. Если мы что-нибудь не придумаем, их провозгласят угрозой общественному здоровью. Церковь Девы Марии Гваделупской просто морально обязана сделать что-то для этих кошек, раз получила наследство по завещанию.

— А если мы найдем в доме… что-нибудь интересное? — не унималась Темпл.

Сестра Серафина заморгала сквозь свои трифокальные очки:

— Тогда мы отдадим это лейтенанту Моллине и потребуем возобновить расследование.

— Забудьте об этом, — сказала Пегги. — Конечно, со смертью тети Бландины не все гладко, но на шоу кошек никаких инцидентов больше не было. Уверена, кто-то из соперников просто хотел вывести Минуэт из игры. Она была первой претенденткой. А эти звонки и свет фонарика… вы знаете, что творят дети в этом районе.

— А как же Петр? — напомнила Серафина неожиданно хладнокровным голосом.

— Как он себя чувствует? — спросила Темпл, ведь именно она накануне привезла его, с ярко-розовыми бинтами на передних лапах, обратно в монастырь.

— Хорошо. Но еще какое-то время он не будет ходить. Сестра Роза никуда его не отпускает, — она улыбнулась Пегги. — Я знаю, это тяжело для тебя, дорогая. Ты первая взяла на себя эти обязанности, не надеясь на выгоду. Не могу сказать, что я поддерживаю решение твоей тети не включить тебя в завещание, несмотря на то, что все досталось церкви.