Его карие глаза вдруг стали настолько холодными, насколько это было возможно при их теплом сиянии.

— Нам всем причиняли боль, — пробормотал он, словно думая о ком-то другом, а потом печально добавил: – Начиная лет с трех, — его взгляд скользнул обратно к Темпл и был напряженным и полным решимости. — Слушай, я в такой же ситуации, что и ты. Только мое молчание касается профессиональной стороны. И мне все еще очень нелегко из-за этого.

— Тебя кто-нибудь исповедовал?

— Ну, в манере разговоров. Это неофициально, но с этической точки зрения мои руки связаны. Я думаю, что так и буду сидеть, сложа их.

Темпл почувствовала, что глаза ее округлились, а голос стал тише:

— Мэтт, ты думаешь, мы говорим об одном и том же человеке?

— Сомневаюсь, — сухо ответил он. — Но ты пробудила во мне ужасное любопытство. Кто же, интересно, тебе доверился? Это не была исповедь, Темпл. У тебя есть свобода совести и гражданский долг, или инстинкты…

— Или любопытство, — закончила она нервно. — Зачем люди рассказывают мне секреты?

Он рассмеялся на ее недовольство:

— Потому что не похоже, что ты можешь им навредить.

— Но это может сделать меня самым опасным для них человеком.

Мэтт кивнул:

— Давай надеяться, что никто из исповедовавшихся тебе не узнает об этом, особенно, если твои подозрения не беспочвенны.

— Ох, я не знаю. Похоже, что последнее время я многое делаю неправильно.

— Почему ты так говоришь?

Темпл приподняла руку, а потом уронила ее на диванную подушку, на которой сидела:

— Черныш Луи ушел куда-то слишком надолго. И я боюсь, это из-за кошки, которую я принесла домой с выставки.

— Ты не удивлена этому? — спросил Мэтт, который сам был сильно удивлен. — Нет, Луи никогда бы так не поступил. Коты всегда защищают свою территорию.

— Но она такая душечка и тоже вся черная.

— Цветовое сочетание не может успокоить разгневанного зверя, когда дело касается его территории. Ее стерилизовали?

— Пока нет.

— Тогда Луи может к ней и присмотреться, и тогда ты окажешься с кучей котят на руках.

— Вот это уж точно мне ни к чему. Бедная Икра! Не знаю, что и делать. Может, я смогу подыскать ей другой дом. И тогда Луи вернется?

Голос Темпл вдруг зазвучал сипло: она подумала, что выгнала Луи, принеся домой соперницу, хоть и из блага.

Мэтт долго смотрел на нее, однако сам выглядел довольно шокированным. Потом Темпл поняла, что ее страхи по поводу дезертирства Луи отражали более раннее дезертирство другого ее сожителя большего размера – Макса Кинселлы. Только в этот раз она сама спровоцировала побег.

— Я унесу кошку как только смогу, — поклялась она, совсем позабыв о своей моральной дилемме.

Как отличный, проницательный духовный наставник Мэтт воздержался от ответа, что, возможно, было уже слишком поздно.

Глава 32 Перекрестный экзамен не для кошек

Я долго бродил, вспоминая об ошибках молодости. Но даже самой долгой прогулки было бы недостаточно, чтобы перечислить их все. И вот мысли мои привели меня к событиям сегодняшнего дня, а дорога, случайно, — к моему водопою, отелю «Кристал феникс» и казино.

Хотя день был жаркий – скажем, 43 градуса в тени – меня колотило от холода. Когда не по годам мудрая Икра, известная также под кличкой Полуночница Луиза, спросила меня куда я ухожу, я сказал, что это касается религии.