— А как насчет ее трости? — спросила Темпл с запоздалой озабоченностью, приподнимая разноцветную палку.

— Она ей не понадобится вплоть до возвращения домой, — заверила сестра Серафина, выходя следом за Розой.

Темпл подтолкнула локтем Мэтта, который до сих пор не двинулся с места, и вышла последней.

Внизу комнаты сияли красным светом от бесшумной мигалки «скорой помощи», которая виднелась через открытую входную дверь. В темноте, точно рождественская оберточная бумага, сверкали глаза кошек.

— Действительно, у нее очень много кошек, — поразился Мэтт, когда спустился вниз.

Наконец, Темпл нашла в себе что-то общее со странными женщинами, у которых имя начиналось с «сестра», — иронический смех.

— Это преуменьшение, — сказала она. — Ты знаешь, сколько?

Сестра Святая Роза Лимская – какое длинное имя; не удивительно, что его сокращали до «Розы» – пошла садиться в карету «скорой помощи», Серафина ответила:

— Мы думаем, что семьдесят три.

— Неужели нет законов? — поинтересовался Мэтт.

— Городской устав, — поправила Серафина чисто учительским тоном. — Ее кошки делают ее счастливой. Кто стал бы жаловаться, что у нее их слишком много?

— Может быть… кто-нибудь, — предположила Темпл. Оба посмотрели на нее, до сих пор очень молчаливую.

— Мисс Тайлер получала странные телефонные звонки, — снова начала Темпл, размышляя. — Неудивительно, что вечер сегодня закончился для нее истерикой. Жить совсем одной и только и наблюдать за кошками вокруг – слишком сильное давление для пожилой женщины.

— Телефонные звонки? — неожиданно встрепенулся Мэтт. Весь вечер он не был таким оживленным. Зато был, когда она хромала домой после нападения на парковке «Голиафа» несколько недель назад. — Какого рода звонки? Угрозы?

В шоке, который казался необычным для нее состоянием, сестра Серафина села на непонятный широкий стул, ей пришлось чуть приподняться, потому что там спал кот: он рванул с подстилки и исчез в темноте.

— Неприлично странные, — сказала Темпл. — Шипящие звуки. Возможно, хриплое дыхание. А когда я была здесь вчера вечером и кормила кошек, она упоминала шумы и свет на улице.

Серафина покачала головой:

— Она все время звонила в полицию по этому поводу, но они никогда ничего не находили. В конце концов, они перестали приезжать.

С третьей ступеньки Мэтт поднял худую кошку белого цвета и сел на ее место. Грубый свет холла отбрасывал на его лицо тень напряженной задумчивости.

— Недавно мне на горячую линию позвонила пожилая женщина…

— Должно быть, это была Бландина, — сказала сестра Серафина. — Она звонила нам в монастырь дважды в день.

Немного помолчав, Темпл сказала:

— Пожилая, одинокая и испуганная, она пыталась рассказать об этом всем, кому могла, кто стал бы слушать. Может, это все была правда?

— Что? — спросила Мэтт.

— Ну, причина, почему я здесь… — ее слова заставили Мэтта сильно поволноваться, а сестру Серафину тревожиться все сильнее с каждой минутой, но Темпл не собиралась сплетничать по поводу отсутствия прав Мэтта, тем более со старой его учительницей, ни за что. Члены одного поколения должны стоять друг за друга, несмотря ни на что, — это племянница мисс Тайлер, Пегги Вильгельм…

— Милая детка, — прервала Серафина с энтузиазмом, — никогда не оставляла свою тетю.