– Одни водоросли, что ли? – спросил Винни, снимая шлем.– Эх, а я уж думал, поохочусь с флайера. Как на Комацу, помнишь, капитан?..

Сакаи помнил, да еще как. Тогда Винни уговорил его поохотиться на рухов – гигантских орлов, способных утащить если не заявленного в легенде слона, то слоненка точно. Одна из птиц ударила по флайеру крылом, и следующие полминуты капитан провел в свободном падении, старательно отгоняя мысль о возможной неисправности парастата .

– Нет, водоросли – это второй уровень. Начиная с третьего, жизнь уже выходит на сушу,– произнес он вслух.– В любом случае крупных биоформ там быть не должно, так что наш ежик имеет все шансы оказаться самым большим и опасным хищником.

Винни разочарованно вздохнул; стоявший рядом с ним навигатор, наоборот, довольно закивал.

– Ой, так там можно будет спокойно искупаться и позагорать? – обрадовалась Мисс Отвертка.

– От солнца зависит,– хмыкнул Винни.– Может, на купальник еще и скафандр надевать придется.

– И мы пока не знаем, точно ли она необитаема,– напомнил Роджер.– В реестр вносят лишь официально зарегистрированные поселения с числом жителей не менее пятисот разумных существ, а более мелкие – только по их заявке и за отдельную плату. Там запросто может оказаться какая-нибудь деревушка, а то и военная база.

– Поэтому маскировка, маскировка и еще раз маскировка,– поддакнул Винни, закатывая глаза и одновременно сдвигая на лоб шапочку.– Кстати, разведспутник собран, все согласно приказу, кэп. Сбросим его при проходе по касательной, а сами пойдем по вытянутой эллиптической орбите?

– Правильно.– Убрав часть планетарной карты, капитан начал поочередно переключать камеры внешнего обзора. Самодельный спутник обнаружила третья – правда, о том, что это именно спутник, Сакаи догадался методом исключения.– А обтекатель где?!

– А зачем? – удивился Винни.– На три-четыре витка на низкой орбите и так хватит, а потом дадим корректировочный импульс и уведем вверх.

В «три-четыре» Сакаи не поверил. Конструкция в вирт-окне выглядела настолько хлипкой, что, по мнению капитана, после первого же витка от нее должны были остаться только титановая рама от койки да приваренная к ней двигательная система из двух баллонов, трубы и ведра.

– Учти, если эта штука не успеет передать все нужные данные, на втором витке я уже тебя на «невидимке» сброшу,– пообещал капитан.– И пока у меня не будет картинки с разрешением хотя бы пять метров, подбирать не стану!

Посадка прошла успешно, хотя с поиском прогалины действительно пришлось повозиться. Сверху лес напоминал пушистую серую плесень, сплошь затянувшую землю, и только после снижения выяснилось, что там стволы больше метра в обхвате.

В корабле и снаружи было тихо-тихо, только вверху едва слышно гудел генератор силового поля, колпаком накрывающего транспортник.

«Пойду-ка чайку хлебну, пока все спят»,– решил Станислав, снимая с крючка фуражку. Не то чтобы у него голова мерзла, однако приходилось соблюдать корабельные традиции: капитан может ходить хоть в пижаме и тапочках, но непременно при фуражке, иначе собственная команда не поймет.

Как выяснилось, бессонница мучила не только Станислава. Из-под капитанского кресла торчала попка Полины – ладная и аппетитная, но совершенно здесь неуместная.

– Кхм! – исключительно фальшиво кашлянул в кулак капитан.

– У меня щурек пропа-а-ал,– жалобно хлюпнуло под креслом.– Мося, Мося, кыть-кыть-кыть!

– Кто? Щурок? – изумился Станислав.