Когда мы размещались в отсеках — кляли и материли начальство, которому вздумалось так над нами «подшутить». Ну, еще бы, в отсеках, рассчитанных на 5 человек, жило, спало, пердело сразу десять. Чуть ли не на головах друг у друга сидели.

К счастью, меня и моих друзей это не особо затронуло — я, как взводный, командиры моих МТГ обитали в отдельном кубрике, так что нам места хватало. К тому же Дед постоянно пропадал на складе, подружившись с мичманом «Энея», который, как и Дед, был фанатом оружия, точнее фанатом всевозможных модификаций и обвесов.

Другие взводы разместились так же, как и мы — бойцы в «общих» каютах, взводные и сержанты-капралы в отдельном кубрике. Из всего космодеса «свой» личный угол был только у коммандера. Даже Рокоссовский, став офицером, обитал вместе со своими командирами МТГ в одной каюте.

Что касается корабля, на который нас перевели — «Эней», по сути, обычный патрульный корвет, разве что с форсированными движками, и поэтому очень и очень быстрый. Настолько, что был почти в два раза быстрее звездолетов аналогичного типа. Ну а крейсера или тем более линкоры нервно глотали за ним пыль — по сравнению с ними у «Энея» скорость была выше в три, а то и пять раз.

Но был и у него один большой минус — быстро добраться куда-либо «Эней» мог без проблем, вот только толку от этого было мало. Корвет не обладал огромной огневой мощью, не было у него даже главного калибра. Опять же, количества космодесов, которых он мог перевезти, едва ли хватило бы на захват одного эсминца или фрегата.

Экипаж «Энея» был довольно-таки известным, особенно капитан корвета. Была им капитан-лейтенант Елена Риплева, и это была настоящая легенда.

Говорят, еще когда только война началась, Риплева была обычным лейтенантом на каком-то транспортнике, которому не повезло, и его попытались взять на абордаж жуксы.

Оружия на корабле толком не было, но экипаж решил драться и просто так не отдавать транспортник жуксам. Да и в плен сдаваться они не собирались, ведь всем отлично было известно, что с захваченными людьми делают жуксы.

Так что, вооружившись тем, что имелось под рукой, соорудив оружие из подручных материалов, экипаж транспортника приготовился дать бой, и дал…

Вся команда Риплевой была порвана в клочья, но жуксы транспортник захватить не смогли — тяжело раненная Риплева взорвала его вместе с кораблем жуксов, после чего несколько месяцев дрейфовала в спасательной капсуле, пока ее случайно не обнаружил какой-то корабль старателей.

Далее Риплева заключила контракт с ВКС, стала пилотом. Карьера ее продвигалась быстро, и довольно скоро она стала у штурвала на мостике «Энея».

Что она творила со своим корветом, из каких передряг выбиралась — об этом слагают легенды и флотские, и космодесы, которых капитан-лейтенант умудрялась вытащить из полной задницы.

Очень быстро Риплева дослужилась до нынешнего чина, но вопреки ожиданиям, корвет не покинула, наотрез отказавшись принимать под командование любой другой корабль.

Ее убеждали, угрожали, но ничего не сработало.

В конце концов, адмиралтейство плюнуло на упрямого капитан-лейтенанта, позволив ей остаться на «Энее».

И вот теперь мы на этом звездолете. Летим на явно непростое задание, учитывая, что нас тут целая рота.

Почему нас набили в этот корвет, как селедку в банку? Чтобы ответить на этот вопрос, не нужно было быть семи пядей во лбу — «Эней» должен был нас куда-то как можно быстрее доставить, и именно там уже должна была начаться «наша» работа.

В чем именно она заключается — нам пока никто не говорил, но дело явно будет нелегким.

Я прекрасно понимал, что как таковой огневой поддержки от корвета нечего и ждать. Малых кораблей он в себе перевозил всего три: два десантных бота и один рапидус.