|
Вы спросите, откуда? Я отвечу. Случайно заблудился, сколько лет тому?… двадцать семь… в июле, а помню, как сейчас, я заблудился в Костелиской, и шел я, и нашел разэтакую панорамку при долинке и в сторону четыре километра, всего лишь, можно и в ландо, и есть приютик, хотя заброшенный, банк сразу же купил, конечно, я дознался, они должны реформы проводить, но, вам скажу, видали мы таких!.. Феноменальность, так сказал бы я, в соединении с гирляндою природы, симфония мечты из трав, деревьев и цветов, и каждым ручейком поэзия журчит в скалистости раздольной и разгорной на фоне темной зелени глубокой, но при возвышенных в великолепии тонах, ой, дана, Боже, tutti frutti пальчусиум лизусум! Можно на день, два, проехаться в ландо, с постелью и дорожным провиантом, слово чести, на жизнь на всю, кто хоть бы раз воочию увидел мечту свою, ха-ха-ха-ха! Живу я этим и клянусь, еще раз перед смертью, о Боже, Боже, годы пролетают, но клятву я исполню и вернусь!.. Однако только после кота перспектива такой прогулки на свежем воздухе, развлечения, пере-мены, стала настолько привлекательной, насколько в доме становилось нам душно… и Кубышка по-сле различных «думал, думал и надумал» и «не болтай, Леон, не болтай» начала благосклоннее отно-ситься к этой идее, особенно когда Леон заметил, что это была бы удобная форма светской любезности по отношению к двум подругам Лены, гостящим в Закопане. В конце концов усилия Леона «вынырнуть кабаном из норы» соединились с кулинарными и иными мероприятиями Кубышки, чтобы эта светская любезность выглядела как положено. Итак, в то время, как цепочка «палочка – воробей – кот – губы – рука» и т. д., и т. п. (со всеми ответвлениями, отростками, связями) сохранялась, я говорю, цепочка-то сохранялась, но повеяло свежим, более здоровым дуновением, и все охотно согласились, Кубышка в порыве хорошего на-строения предупреждала меня и Фукса, что «будет сладко», так как обе подруги Лены недавно вы-шли замуж, таким образом, в поездке примут участие аж три парочки «в медовой поре», и это будет приятная светская забава, намного более оригинальная, чем обычные экскурсии в места уже «опо-шленные». Естественно, все делалось со ссылкой на кота. Кот был Spiritus movens, и, если бы не кот, никто бы не спешил с этой поездкой… но в любом случае это одновременно отрывало нас от кота… несло облегчение… в последнее время наступило какое-то оцепенение, ничего не хотелось делать, ужины, один за другим, как еженощная луна, без перемен, а созвездия, комбинации, фигуры несколько поистерлись, поблекли… я начинал опасаться, что все так и затаится навсегда, как хроническая болезнь, какое-то хроническое осложнение… Было бы лучше, если бы хоть что-нибудь произошло, скажем, эта поездка. Но одновременно меня немного удивляла горячность Леона, который постоянно возвращался к тому дню двадцать семь лет назад, когда он заблудился и открыл для себя такой великолепный пейзаж (колотись, бейся, терзайся, а не склеишь, у меня была тогда рубашенция кофейной, знаете ли, масти, та самая, что и на фото – стекляшки, безделушки… Боже, Ты всеведущ, а не я, забывасиум, пропадасиум, что-там-что-то-как-то-где-то-это, и ноги, ноги мыл я, где мыл, в чем мыл. Боже ж, Боже, возврати мне то, что было, не вернешь, Иисусе и Марысе, бедная моя головушка, все я думаю, думаю…), так вот, это меня удивляло, и мне также представлялось знаменательным то совпадение, что и он, и я захлебывались каждый в своем, каждый на свой манер, он в прошлом, я в частях и в мелочах. Не говоря уже о том, что во мне вновь поднимались подозрения: он или не он, не у него ли рыльце в пушку… с воробьем… с палочкой… Сколько раз я уже говорил себе, что это нонсенс! Но ведь было же в нем что-то такое, да, в нем что-то было, его лысое и круглое лицо в пенсне кривилось болезненно, но и алчно, явная алчность, и алчность хитрая… вдруг он срывается изо стола и сразу возвращается с засушенной былинкой: – Вот это оттудасиум! До сего дня хранюсиум! Оттуда, с того места чудесноватенького, только черт его знает… на лугу сорвал?… или у дороги?… Он стоит с засушенной былинкой, а у меня вертится в голове: «Былинка… былинка… палоч-ка?» И ничего. |
