— Касса, мы можем навести ракеты по заданным координатам и произвести пуск? — спросил я.

— Можем, — сообщила псина. — Для этого вам нужно вскрыть панель управления огнем и вручную ввести координаты. Вы знаете обозначения цифр рефаим?

— Да, знаю.

— Тогда у вас не будет проблем. К сожалению, я не могу помочь вам открыть панель: это нужно сделать также вручную. Нужен специальный ключ.

У меня не было ключа, но зато имелся ломик. Металлопластик панели, которая располагалась прямо напротив кресла второго пилота отлетел в сторону, и я увидел ряды разноцветных кнопок с рефаимскими закорючками. Услужливая псина снова оказалась незаменимой!

— Я буду говорить вам, что делать, шаг за шагом, — сказала Касса. — Я не командую, я просто советую.

Меня смех даже разобрал. Ишь ты, какая деликатная!

— Итак, нажмите желтую кнопку — она откроет экран подготовки к стрельбе…

Рокстеди активировал свой браслет, вывел голографическую проекцию с геолокацией вышек и кивнул. Следуя «просто советам», я стал вбивать значения — вполне человеческие широту и долготу. Все эти градусы, минуты и секунды, просто ужас какой-то. Конечно, еще ужаснее было бы делать все это в рефаимской системе координат, но мне хватало и мозголомства с переводом арабских цифр на инопланетные, с остальным справлялась Касса.

Утешало только одно: всего ракет на платформе было двенадцать, две из них ушли в расход, так что работы у меня было не так и много, но проверить нужно было каждую циферку. Легко можно было запутаться среди всех этих непривычных, пусть и знакомых очертаний — всякие спиральки, звездочки и треугольнички… Просто дурдом! Я останавливался и перепроверял все несколько раз.

— Отлично! — подбодрила меня Касса. — Координаты целей обозначены. Если вы уверены в своем решении — можете запускать ракеты. Напоминаю — ракеты противокосмической обороны являются мощным и смертоносным оружием, и могут причинить значительные разрушения, если будут применяться по поверхности планеты… Постарайтесь не навредить себе и союзникам.

Господи, да откуда Тищенко ее выкопал? Неужели на боевой машине, какой является «Мастодонт» водилась вот такая вот псевдоинтеллектуальная интеллигенция?

Чтобы вызвать Багателию, мне пришлось надеть шлем:

— Сорока вызывает командира! — сказал я. — Мы готовы к пуску.

— Маладэц, Сорока! И Рокстеди — тоже маладэц. Давай, мой золотой, стрэльба по готовности. Сносите вышки — и мы тут же активируем канал связи — сначала с орбитой, потом — с Девятым экипажем…

— А с платформой что? — спросил я.

— А что с платформой? — удивился Багателия.

— Жалко! — признался я. — Такая техника приличная… Может на будущей планетарной базе Легиона ее как-то приспособить?

— Ора, да ты хозяйственный парень, а? Подожди минуту, посоветуемся…

Они там посоветовались, и командир сказал:

— Ладно, пока не будем ее взрывать. Наши высадятся — посмотрим. Все, кончай халам-балам, запускай ракеты — и двигайтесь к «десятке».

— Принял!

Он имел в виду место, где мы обнаружили машину десятого экипажа. Я некоторое время помедлил, собираясь с мыслями. Потом — переглянулся с Рокстеди:

— Ну, начнем благословясь! — и нажал кнопку приведения ракет в боевую готовность.