— Вы так думаете?

— Да, я так думаю. У Алистера и так с мозгами было туговато, а он и эти крохи угробил желтухой.

Зик тоже встал и завесил скатертью закуток под столом, где отбивала зловещий ритм о доски пола голова Руди. Он не мог больше смотреть на это.

— А вы что здесь делаете? — спросил он Анжелину, удовлетворяя сразу и любопытство, и потребность сменить тему.

— Разве я не говорила, что хочу его убить?

— Я думал, вы не всерьез!

Она в искреннем замешательстве ответила:

— А почему нет? В списке тех, кого бы мне тут хотелось убить, он не первый, но все-таки имеется.

Когда она замолчала, мальчик заметил, что грохот наверху сменился редкими всплесками шума. В дверь на дальнем конце зала никто больше не колотился — оттуда не доносилось ни звука. Хватая ртом воздух, он выдавил:

— Лестница. На лестнице был человек.

— Ага, Иеремия. Здоровый такой, как кирпичная стена. Весь в броне.

— Да, это он. Он… он нормальный?

Принцесса догадалась, к чему клонил Зик:

— Как у всех мужчин, у него есть недостатки, но сюда он пришел, чтобы помочь.

— Кому помочь? Мне? Вам? — Зик метнулся к дверному проему и высунул голову наружу, озираясь по сторонам. — Куда он подевался?

Анжелина протиснулась мимо него в коридор.

— Мне кажется, он здесь ради твоей матери. Она где-то тут, на вокзале. Иеремия! — выкрикнула она.

— Да не орите вы! — шикнул Зик. — Так он здесь ради мамы? Я думал, ее нигде не могут найти!

— Откуда такие мысли? Миннерихт напел? Забыл, что я тебе говорила, пустая ты голова? А говорила я то, что он — лживая змеюка. Твоя мать тут уже сутки, если не двое. И Иеремия испугался, что доктор содеял с ней какую-нибудь гнусность. Иеремия! — еще раз проревела она.

Зик затеребил Анжелину за руку:

— Мама здесь? Она просидела тут все это время?

— Да, где-то здесь. Ее ждали в Хранилищах к утру, но она так и не вернулась. Тогда Дохлые всей толпой повалили сюда на поиски. И сдается мне, без нее они не уйдут. — И вновь она крикнула: — Иеремия!

— Хватит! — взмолился Зик. — Прекратите вопить! Нельзя!

— А как еще мне его искать? Ничего такого страшного. Все равно на этом этаже никого нет, — по крайней мере, мне никто не попадался.

— Тут несколько минут назад был Яо-цзу, — возразил Зик. — Сам видел.

Анжелина пристально взглянула на него:

— А вот теперь не смей мне врать, мальчик. Я видела этого злодея наверху. Он ведь спустился? Если да, то мне надо знать, куда он ушел.

— Туда. — Зик показал на угол коридора. — А потом вправо.

— Давно?

— Несколько минут назад, — повторил мальчик и схватил принцессу за руку, пока она не умчалась прочь. — Где он может держать мою маму?

— Не знаю, малыш, и выяснять нет времени. Мне еще старого душегуба искать.

— Так найдите время! — Зик не то чтобы перешел на крик, но в словах его звенела некая сила; такого тона он за собой не знал. Отпустив ее руку, он более сдержанно добавил: — Вы говорили, Миннерихт всегда лжет. Ну и вот, он сказал, что мама сунулась в город из-за меня.