— Привет, Алекс. Ты домой? Можем подвезти.

Лестер Груби год назад служил в отделе по работе с жертвами преступлений, но, потеряв табельное оружие в одной пьяной драке неподалеку от ипподрома в округе Нассау, вернулся к уличному патрулированию.

— Так и живешь на 70-й улице?

Я кивнула и села на заднее сиденье машины.

— Что слышно? — Я с нетерпением ждала ответа и одновременно страшилась его.

— Все плохо. Многих ребят уже недосчитались. Знаешь Сороковую пожарную подстанцию, что на углу Амстердам-авеню и 66-й улицы? Пропало двенадцать человек. Может быть, все погибли. Вся бригада, в общем. — Его голос дрогнул. — Даже страшно звонить куда-нибудь.

— Знаешь что, высади меня возле ближайшей больницы, — попросила я. — Пойду сдам кровь.

Груби посмотрел на меня, как на сумасшедшую.

— Ты, наверное, не слышала последних новостей. Людей просят не приезжать на донорские пункты. О нехватке крови даже речи нет. У тех, кто уцелел, минимальные повреждения. Все, кто был в зоне разрушения башен, погибли.

Пока мы ехали, полицейское радио не умолкало. То и дело раздавались срочные вызовы по поводу упавших балок и опасных сдвигов зданий.

Когда я открыла дверь квартиры, уже было за семь. На автоответчике скопилось восемнадцать сообщений от друзей и близких, обеспокоенных моим молчанием. Нескольким людям я сразу же перезвонила, после чего связалась еще с двумя друзьями, чтобы узнать о судьбе общих знакомых.

Два звонка были от Джейка. Он меня успокаивал, что с ним все в порядке, однако из-за отмены рейсов во всех нью-йоркских аэропортах было неясно, когда он попадет домой.

Спрашивается, зачем делить жизнь с другим человеком, если его никогда не бывает рядом в нужный момент?

Я разделась и сунула пропахшую гарью одежду в пакет, чтобы потом бросить в мусоросжигатель. Включив душ на полную мощность, я долго стояла под ним. Смешиваясь с горячей водой, по щекам текли слезы. Выйдя из кабинки и вытершись насухо, я вместе с джинсами надела одну из рубашек Джейка. Хоть так я попыталась компенсировать одиночество, совершенно непереносимое в тот день.

Весь вечер я просидела у телевизора, забыв о еде, снова и снова просматривая кадры с падающими башнями, слушая истории выживших о своем чудесном спасении и обезумевших от горя мужчин и женщин, которые не могли найти своих родных и близких.

По каналу Эн-би-си показали Джейка с репортажем из Пентагона и чуть позже с лестницы Капитолия. Интересно, какими качествами должен обладать человек, чтобы стать репортером, спрашивала я себя. Я бы не смогла делать такие репортажи — да что эти, и куда менее трагичные — без того, чтобы меня не захлестнуло эмоциями.

Около полуночи я в последний раз позвонила Мерсеру.

— Есть какие-нибудь новости?

— Все молитвы прочитаны, Алекс. Постарайся хоть немного поспать. — Я еще не знала, что кузина Вики, работавшая секретаршей в администрации порта, до сих пор еще не вернулась домой. Так что поводов для беспокойства у Вики с Мерсером было гораздо больше, чем у меня. Я повесила трубку.

К двум часам ночи я забылась в тяжелой полудреме. А в полпятого меня разбудил звонок в дверь.

Все, что произошло до этого момента, я уже рассказывала Нине. Теперь я продолжила с того места, где остановилась в прошлый раз.

— Я сразу поняла, что это Майк.