— А что здесь? — полюбопытствовал Майк, остановившись посредине прохода.

— Одна из деталей еще старой конструкции музея, — ответил Пост. — Она уже давно вышла из строя.

— Сооружение построили еще в середине девятнадцатого века, — дополнила Анна. — Водосток, соединенный с резервуаром Центрального парка.

Мы углубились в этот проход и, пока шли по нему минут десять-пятнадцать, ощутили, что температура заметно понизилась. Тут нас встретили похожие на привидения бронзовые фигурки поклонников Вакха и высеченные из камня азиатские драконы, какая-то тяжеловесная мебель и колонны с каннелюрами. Большинство ненужных или малоценных предметов искусства с накинутыми на них пластиковыми чехлами были брошены на произвол судьбы охранять этот бесполезный туннель.

Майк приподнял один из чехлов концом авторучки, пытаясь разглядеть, что под ним скрывалось.

— Даже искусство подчиняется своей моде, мистер Чепмен. Вы видите здесь то, что еще столетие назад вызывало среди коллекционеров ажиотаж. Конечно, что-то по-прежнему востребовано, но…

— Экспонаты египетской коллекции здесь есть, мистер Пост?

— Будет странно, если ничего не найдется. К следующему разу, когда вы снова сюда придете, мы устроим иллюминацию поярче. У нас есть несколько подобных помещений, не первой важности, до ремонта которых просто руки не доходят.

Мы обошли весь подвал музея, заглядывая в каждое хранилище. Эрик Пост был прав: сюда стоило бы прийти еще раз и в расширенном составе. Может, нам удастся убедить шефа полиции выделить курсантов Академии для проверки этого огромного пространства.

Мы оставили наших провожатых в вестибюле, где нас поджидали охранники, чтобы проводить к выходу. Музей закрывался в четверть шестого, а уже пробило семь.

А на Пятой авеню между тем вовсю кипела вечерняя жизнь. При свете месяца на ступенях прогуливалась троица рэперов, жонглер кидал шары, совмещая это с игрой на гармонике, паренек в очках читал вслух «Улисса», а его приятель аккомпанировал ему на гитаре.

Мы вышли у дальней южной стороны улицы и спустились на три лестничных пролета.

— Как думаешь, убийство произошло в самом музее? — спросила я.

— Пускай над этим думает доктор К. Я же с уверенностью могу сказать одно — в таких необъятных подвалах тело можно было так спрятать, что прошел бы не один месяц, и никто бы на нее так и не наткнулся, разве что по чистой случайности. Да этот гроб можно было передвигать хоть сотню раз, и никто ничего не заподозрил бы. Я понятия не имел, какое огромное это хранилище. Вроде айсберга, скрывающегося под выставочными залами.

— Тут миллионы вещей, которым никогда не видать света белого, — сказала я, вынув из сумки сотовый телефон, набрала номер отеля Нины и оставила голосовое сообщение о том, где мы встречаемся за обедом.

Мы с Майком первыми прибыли в ресторан на углу Второй авеню и 64-й улицы.

— Buona sera, синьорина Купер, — приветствовал меня хозяин. — Сегодня вас будет четверо?

— Да, Джулиано. Ты нам не одолжишь на пару минут свой кабинет?

Владелец ресторана засмеялся и подозвал помощника, чтобы тот открыл дверь, расположенную рядом с лестницей. Очутившись внутри, мы сразу включили телевизор и настроили его на канал с ведущим Алексом Требеком. Каждый из нас хотел выиграть «Последний шанс», иначе говоря, ответить на финальный вопрос ежедневной викторины.