Гордость его распирала, он предвкушал успех:

— Мы не только распространим влияние нашей культуры по всему миру, мы еще при этом заработаем кучу денег! Это наш святой долг.

— Позвольте один вопрос, — лежа на твердых камнях, Картер сделал попытку сменить позу, — почему вы называете напиток на основе грейпфрута инка-колой, если в нем нет ни капли самой колы?

Манко Фернандес посмотрел на него с откровенной жалостью:

— Вы хоть что-нибудь когда-либо слыхали о таком понятии как "рыночная стратегия"? И вы еще после этого вопроса будете называть себя американцем! Все самые знаменитые безалкогольные напитки имеют в своем названии слово «кола». Какая разница, что содержит напиток на самом деле! Главное другое — покупают его люди или нет.

— В чем же суть вашего великого проекта? — спросила Эшвуд, и Картер бы упал, не лежи он уже на земле: вопросы такого плана до сих пор вряд ли омрачали существование Марджори.

— Музей! — зашевелился Февик. — Музей культурных традиций древних инков! Грандиозно! Выставленные в со- временном интерьере экспонаты, прославляющие деяния ваших великих предков! О, как я вас понимаю! Я с удовольствием пожал бы вашу благородную руку, если бы не были связаны мои!

— Хорошо, пусть музей! — милостливо согласился Манко. — Но музей, если и будет, станет лишь частью огромного комплекса. Мы создадим здесь, на месте древнего Паитити, обширную парковую зону, и в ней найдется место не только музею, но и многому другому. Мы сохраним часть джунглей для всеобщего обозрения, предварительно освободив их от вредных насекомых, — его глаза туманились от возникавших перед его мысленным взором видений прекрасного будущего, — …аллеи, аллеи, аллеи… множество аллей, бульваров, магазины, супермаркеты, аттракционы, театры… — от охвативших его эмоций голос Манко рокотал уже на самой низкой ноте. — Мы построим здесь тир, где люди смогут вдоволь пострелять в ненавистных им конкистадоров! И огромный амфитеатр, где каждый день мы будем проводить фестивали Инти-Райми! И зоопарк, где соберем всех диковинных зверей мира! Сегодня — Паитити, завтра — Рио и Буэнос-Айрес, послезавтра — Америка, Европа и Япония, вместе взятые… Мы назовем эту парковую зону… Мы назовем ее… "Сейчас кончит", — подумал Картер.

— …мы назовем ее Мир Инков! — выдохнул он, наконец, распиравший его неземной восторг.

В последовавшей затем звенящей изумленной тишине тихо прозвучал голос Игоря де Сото:

— Некоторые из нас предпочли бы все-таки оставить сельву такой, какой она есть.

Мыслями Манко находился еще в стране грез, но слова Игоря частично вернули его к действительности.

— Эх ты, юнец зеленый, — произнес он сочувственно. — С тобой все ясно!

— Но что же заставит людей, забыв про все остальные чудеса света, кинуться в вашу кишащую насекомыми сауну, даже если вы и накроете свой парк стеклянным колпаком и снабдите его кондиционерами? — поинтересовалась Эшвуд.

На Манко Фернандеса страшно было смотреть. Может, он умышленно прикидывается сумасшедшим? Картер отвернулся.

— Рыночная стратегия, — только и смог сказать Манко.

Эшвуд захохотала:

— Вы все тут с ума посходили! Эк, куда вас занесло!

А здесь нет никаких сокровищ инков!

— Заткнись, старуха! — рявкнула на нее Да Римини.

— Не смей называть меня старухой, кобылица! Если бы не были мои руки связаны…

Хотя Да Римини находилась в расцвете молодости, а Эшвуд несла на себе не один фунт лишнего веса, Картер еще подумал бы, на кого поставить, затей они драку, но амазонка не была расположена к драке один на один, по крайней мере, пока у ее спутников в руках находилось автоматическое оружие.