Я облизнула нижнюю губу, смотря в пол. Я чувствовала вину за ее смерть. Я поняла смысл: если бы моя мать была фейри, она бы не умерла в ту ночь от магии или родов. Только на людей это действовало.

– Тогда я бы не смогла вернуть кота к жизни.

В моем голосе звенела надежда, необходимость противостоять давлению глубоко в моей душе.

– Насколько я знаю, только некроманты могут воскрешать мертвых. – Уорик осмотрел меня сверху вниз. – Ты не очень-то похожа.

Однажды я видела фотографию некроманта – она испугала меня до чертиков. Кожа и кости, закутанные в мантию с капюшоном. Призрачные монстры.

С них рисовали образ смерти с косой.

– А как насчет естественной магии? По слухам, королева Кеннеди могла же… воскрешать мертвых?

– Ты могла бы быть друидом. – Дядя Андрис покачал головой. – Причем очень могущественным.

Верно.

Естественная магия доминировала в друидах. Их матери намеренно использовали черную магию во время беременности, желая, чтобы сила проникла в еще нерожденного ребенка. Это было маловероятно, что ребенок станет таким же. Королева была исключением. Ее корни шли от самого могущественного друида.

– Тогда кто я?

– Мы так и не узнали. – На лице Андриса появилось страдальческое выражение. – Не знаю, что изучал твой отец. Он становился все более замкнутым. Уезжал на несколько дней. Перестал что-либо говорить нам с Ритой. Ссылался на защиту. Что если Иштван узнает об этом… – Андрис поперхнулся на последних словах. – Он заставил меня пообещать, что я буду оберегать тебя. И сделаю так, чтобы Иштван не узнал о наших подозрениях.

– И поэтому он стал моим опекуном?

Я раскинула руки в стороны.

– Я должен был быть твоим опекуном. – Андрис наклонил голову. – Но не смог. Я уговорил твоего отца назначить на эту роль Иштвана.

– Почему? Я ведь находилась прямо у него под носом.

– Вот именно.

Андрис посмотрел на меня.

– Держи врагов так близко, чтобы они стали семьей, – заявил Уорик, понимающе кивая, – ослепи их.

– Это сработало. – Андрис сложил руки на коленях. – Пять лет ты пряталась прямо у него под носом. Мы с твоим отцом знали: чем ближе ты к семье Маркосов, тем в большей безопасности находишься. Пока…

Он покачал головой, глядя на меня.

Пока я не загремела в Халалхаз.

– Baszd meg.

Я взяла ликер со стола и опрокинула стакан, терпкий вкус обжег мое горло. Со стуком я поставила стакан обратно и посмотрела на Андриса. Он наполнил три стакана снова и наблюдал, как опустошаю второй.

– Ты так сильно повзрослела, Брексли. Твои фотографии не передают реальности.

– Фотографии? – Я постучала по стакану, показывая, что требую добавки. Мне не нравился вкус Уникума, но напиток успокаивал. – Ты за мной наблюдал?

– Конечно.

– Ты задолжал мне ответы. Что это за место? Почему ты прячешься здесь и почему инсценировал смерть? Откуда вы знаете друг друга?

Я махнула рукой между двумя мужчинами.

– Моя «смерть» была необходима. Я слишком много знал… повидал. Я больше не мог выполнять приказы Маркоса. Только я должен был умереть в той битве, ускользнуть в ночь. Твой отец никогда бы тебя не бросил.