— Так, готовы, отлично, — отметил я соответствующие пометки на тактической карте. — Последнее наставление. Я НЕ ОЧЕНЬ расстроюсь, если захваченные неудачно упадут ПОСЛЕ того, как отзовут Досы. Но не ДО этого момента! Далее, рак донный в качестве весомого аргумента полевого допроса-аргумента не годится…

— Не имею нужных программных баз, главнокомандующий Краб! Вероятность смерти объектов…

— В курсе, блин! Не голоси, донный!

— Слушаюсь, главнокомандующий Краб!

— Да, так вот, раки их захватят, дальше — принуждение главных к отзыву сил. Вряд ли будут ломаться, но начнут ломаться — вы им помогите.

— Как помочь, сеньор капитан?

— Доломайте их до сдачи, конечно, — резонно ответил я. — Так, охрану их сносите нахрен и не рискуйте. Варианты сдачи просто не рассматривайте, если сами не откроют ложементы, — после чего подумал, ну и перешёл с Нади в личный чат. — Может… поменяюсь с тобой, Нади?

— Да что такое, Ан?

— Да рыбодевка эта жуткая, может я сам… — и тут меня прервал ржач.

Ну смех, довольно приятный, грудной — всё же моя супруга. Но издевательский ржач всё равно!

— Не бойся, мой Краб, я справлюсь с жуткой рыбодевкой, — посулила эта бесстрашная женщина.

— Ну справишься — и хорошо, — не стал заострять вопрос я. — Так, отсчёт до операции, — выдал я уже в общий боевой чат, подвешивая таймер обратного отсчёта.

И, пробив стены, погнали мы до своего комплекса офисных помещений на станции. Я, пяток бывших крилястых, а сейчас — клешнястых, на малых Досах, ну и полсотни рачья.

А ждала нас десятка Досов, причём не самых приятных — два Мамонта, и куча аренного «кастома». Хрен знает, что там понакрутили, вряд ли…

Пронёсшийся мимо след разгонника прервал мои рассуждения. Похоже тушки главнюков оберегали «элита Арены», на не столь дерьмовых Досах. И с не совсем сожжённым мозгом. Мажут, конечно, и стоят кретински… что нам и на руку.

— Врукопашную! — бросил я своим, одновременно с указанием на прыжковые движки. — Резаки и пробойники! — дополнил я, уже кинутый своим движком на вражин.

Рачьё вообще размазалось в кракозябры, подбираясь к вражинам и не подставляясь под огонь, но им дольше.

А я, врубил в полёте резак, обдавая светом и теплом Мамонта, мимо которого пролетел. Ударился манипуляторами об здание, гася инерцию, ну и прыгнул, попыхивая резаками, под ноги пытавшимся развернутся вражинам.

Поморщился, отметив выведенный из строя Дос — нашего бойца, похоже, поймала в полёте какая-то особо меткая сволочь. Ложемент цел, откатился, отстреленный, за пределы территории боестолкновения, но неприятно всё равно.

И заскакали мы под ногами вражеских Досов впятером, пыхая резаками. Я взял на себя Мамонтов, так что от клешни толку особого не было, а народ развлекался, причём эффективно, резьбой по средним Досам. Ну судя по тактической карте, жалом водить крабя под ногами у тяжей было глупостью запредельной.

Ну и от рачья приближающегося мы вражин отвлекали, не без этого. Раки, конечно, жуткие фигни, но всё же не бессмертные и могли и на подходе прорядить, если не совсем идиоты. А эти, личная гвардия, не совсем блин!

Последнюю мысль я додумывал, укрываясь от фугасного разрыва за колоннообразной ногой Мамонта. Перегреваться просто так один, особо вредный, не пожелал, а пожелал перегреваться с огоньком, отметил я рост температуры.

Впрочем, не критичный рост, а, главное — Мамонты тоже хорошо огоньком разрыва приласкало, а я пыхаю резаком. В общем, ракетчика, как самого умного, следующая струя резака перегрела, вызвав отстрел реактора. Ложементы же у этих психов не катапультируются, просто функционала нет, сам себе напомнил я.