— Столько прыжков, многовато.

— И чо? Краб, что с твоего Кистеня можно звёзды гасить, энергии хватит — ну не скажу, что все знают. Но и давно уже не тайна, причём не только в Клешне.

— Мдя? — уточнил я, на что ветеран покивал.

— Кроме того, Ан, мы на планете, с развёрнутой инфраструктурой…

— Понял-принял, поддерживаю, — решился я. — Направляй Криль, я с Лори поговорю. В принципе эвакуировать успеем. И знаешь, Могильщик, — задумчиво посмотрел я деда. — Подкинул ты мне охеренную идею.

И помчался я к Коте, которая сопрягла, вплоть до лютых кабелей, свою Тень с тактическим компом комплекса и стояла в окружении танцующих канкан дронов.

— Стильно, — оценил я.

— Да, неплохо, высокая отзывчивость, — задумчиво-довольно протянула Мелкая. — Что-то хотел, Краб?

— Что-то хотел, — не стал спорить я. — Котя, вопрос на засыпку. Ты сможешь перехватить, записать и расшифровать — ну, если будет шифровка, какой информацией обменяется наш заказчик и эронцы?

— Теоретически или практически?

— И то, и то.

— Вообще весь радиообмен? — продолжала уточнять Котя, на что я кивнул. — Теоретически смогу. Нужен спутник — тогда смогу и практически. А вот насчёт расшифровки — тоже смогу, но сроки точно не назову.

— Годы? — невесело отметил я, на что на меня уставились круглые глаза.

— Какие годы, Краб? — фигела Котя. — Взлом системы на нетипичной логике, для распределённых сетей, займёт полгода максимум. Это если петабайты информации САМОГО языка, так он закриптован. А шифр переговоров… ну полдня, максимум. Или они «здрасти» говорить будут часами. Ты же про голосовое сообщение?

— Ну да, думаю. Может и текст…

— Пофиг, Краб. Есть осмысленная основа — можно подобрать алгоритм. И никаких годов, я просто не представляю, что годы ломать можно. Год — потолок, если у тебя шифр составляет большую часть информации, причём статично записанной. Если же у тебя сеть производит обмен информацией и реагирует на внешние раздражители — полгода, даже если логика не бинарная, ну и язык, как понятно, неизвестный.

— Спасибо, буду знать. Значит проблем не будет? — на что Котя помотала головой. — Спутник сложный?

— Простой ретранслятор, разве что неподалёку от заказчика. Его же хочешь записать? В предательстве подозреваешь?

— Да и да. Значит Серп мотнётся, коды тебе придут, — озвучил я, связываясь с раками небесными, выдавая ЦУ.

Через семь часов в систему ввалился дредноут Эрнона и через десяток минут мы точно знали, что не зря. Не зря клилястые изображают «бдительную стражу» перед физиономиями работников заказчика. Ну и рак мотался, спутник вешал, не зря.

Потому что помимо стандартных пакетов опознания, обмена любезностями в стиле «Иду на вы! — Идите нахуй!», была передача шифрованного пакета. Который Котя расковыряла за считанные минуты.

И да, полных наших сил в пакете не было — их и работники заказчика не знали. Но вот где основные силы, где ерунда — указывалось чётко. А главное:

— Вот он у меня где! — потряс я сжатой клешнёй.

— Думаешь, Зинс?

— Не знаю, но самая прелесть в том, что похер, — потёр клешни я. — Что сам Зимс, что у него в подчинённых стукач какой — это косяк ЗАКАЗЧИКА. Он за своих людей отвечает. — Лори, как с эвакуацией? — уточнил я у подруги, присутствующей по связи, сама она была на орбите, в Кистене.

— Полминуты на то, чтобы вытащить ребят, полминуты на переброску к вам. Всё готово, Ан.

— Отлично, начинай не раньше, но и не позже выпуска эрнонцами трансорбитальников.