Впрочем, для этого надо победить. Если нас тут положат… то положат и наши претензии, отделавшись ощутимыми, но не критичными потерями репутации.

Но перед тем, как идти к Крабу, я уточнил:

— Котя, записи есть?

— Есть, Ан. Кстати, похоже нас «сдали» не корпы Симераса — они обменялись с эронцами и, видимо, штаб-квартирой данными. Кодировка совершенно другая.

— Не показатель, Котя, не мне тебя учить. В общем, вскрытием займёшься после победы. А пока — по Досам.

И отправились мы по Досам. Вражины пока вяло копошились, уныло теряя дроны и печально вчитываясь в заковыристые маршруты, обозначенные им богатым воображением Смертной Тени. Но понятно было, что всё это ненадолго.

И, через полчаса после бурканья эронца, о «воевать война» в нас полетела первая ракета. Улетела от вражин она настолько недалеко, что устроила разрывом салют у них над головами.

— Ответим, Краб? — явно разгорелось что-то у Искусницы.

Консоль, наверное, сломалась. Или все игры прошла, поставил диагноз я.

— Рано, не кипиши, Искусница, — ответил я.

Тем временем вражины налюбовались салютом, и встали перед дилеммой: воевать нас войной без информации им не очень хотелось, точнее очень не хотелось. Но информацию они могли получить, только начав нас воевать хотя бы разведкой боем. А страшно, мысленно ржанул я.

Но коллективное вражеское отсутствие разума вскоре нашло ответ — в нашу сторону полетел рой небольших ракет, с «умными» боеголовками. Ума там было не больше, чем у их запустивших, но для сложных манёвров хватало. И их много! То есть, сквозь лазерное ПРО прорвалось не меньше пяти и… взорвались нахрен на проволочном куполе, толком его не повредив.

Ещё одно, помимо сокрытия от радаров нашей позиции предназначение. И весьма удачно с обеими решётка справилась — хорошая вещь, оценил я.

Вражины подумали, да и выставили вперёд Разрушитель с двумя монструозными гаубицами — куда там Помидору, синьор так, погулять с детским пистолетиком вышел. Настоящее осадное чудище.

Отдачей, согласно наших систем наблюдения Дос вогнало в каменистую почву на полметра, а то и метр. Правда Котя за секунду до сотрясшего округу грохоту бросила в чат «работаю».

И сработала — второй грохот, помощнее самого выстрела, натурально подбросил всё не приколоченное в округе. А между подлыми укрытиями вражин и нашим доблестным комплексом образовалось облако огня и дыма от детонации снаряда.

— Придурки, — откомментировала Котя. — От болванки толку было бы больше — но пальнули боевым фугасом.

И да, имея почти два десятки зенитных турелей мы перекрыли не только воздух, но и вообще всё. Впрочем, обходные варианты были… но были они для атаки. Информацию этими способами не получишь, да и противодействие мы какое-никакое заготовили.

Вражины задумались, выковыряли своего Разрушителя из ямы. Пока всё что у них было из данных — у нас охеренное ПРО и ПВО. И всё, более ни хрена. Даже сколько нас, не говоря о том что у нас творится эти деятели не знали: о том, чтоб даже заказчик знал всё примерно — мы позаботились.

В общем, для начала вражина разразился пятёркой гвардейских платформ на подушке (воздушной, магнитной или гравитационной — нам не принципиально, летучие платформы). Котя отслеживала товарищей, держа в прицеле, а я в крабе наблюдал за трансляцией и ждал.

Сжигать нетоварищей турелями или подрывать минами — глупо.