Пусть будут мерзкими предателями и все 4,6 миллиона парней, призванных в Красную армию и которые сдались вермахту летом и осенью 1941 года.

По их поводу Сталин и произнес знаменитое: «У Советского Союза нет военнопленных, у Советского Союза есть предатели». Красный Крест не мог ничего сделать для этих людей — при всем желании. А у вермахта просто физически не было ни запасов продовольствия, ни возможности их быстро создать: ведь в плен сдались неисчислимые толпы людей, почти равные по численности самой немецкой армии на востоке. В лучшем случае один миллион этих парней дожил до весны 1942 года. Это одна из самых мрачных страниц отечественной истории.

Но если читатель хочет присоединиться к Иосифу Виссарионовичу в его оценке этих людей (и тем самым, вероятно, к их убийству) — я и тогда не стану возражать. Пусть они будут мерзкие предатели, а советские солдаты — чистое золото. Я ведь не пишу сейчас женский роман, а провожу историческое расследование. И моя цель — не эмоциональные всхлипы, а поиск фактов. Я констатирую факт — эти люди были. Миллионы людей. У них были причины повернуть оружие против Сталина и воевать в составе армии Гитлера. Свои причины. Для них эти причины были вескими. И я совсем не уверен, что их заинтересовали бы оценки моих уважаемых читателей.

КАЗАКИ

Кроме того, что Великая Отечественная война была гражданской войной, она стала еще и событием, дававшим шанс завоеванным народам: шанс навсегда выйти из империи! Поражение Германии давало шанс полякам — отодвинуть на запад свою границу, присоединить обратно к Польше онемеченные было земли Щецина. Это поражение освобождало захваченные было Чехословакию, Францию, Нидерланды, Данию, Норвегию, Бельгию, Люксембург.

Поражение СССР давало шанс на освобождение не только странам Прибалтики, захваченным в 1940 году, но и всем странам и народам, которые были включены в империю уже давно, в 1918 году на короткий момент освободились, а потом опять стали частью империи.

Наивно представлять дело так, будто казачество дружно и разом приняло «новый порядок», пошло за нацистами. Разумеется, это не так. Нельзя утверждать и того, что белые казаки перешли к нацистам, а красные поголовно продолжали служить Сталину. Все несравненно сложнее. Но вот колонны нацистов выходят к Дону… И оказывается, что сформировать из казаков вспомогательные части не очень сложно; процент людей, готовых идти служить в вермахт, здесь выше в несколько раз, чем в великорусских районах.

Сохранились фотографии есаула в форме казачьих войск вермахта, на груди которого красуются Георгиевский крест и знак l–го Кубанского (Ледяного) похода. На другой фотографии запечатлены А. Г. Шкуро, П. Н. Краснов и Гельмут фон Панвиц, командующий 15–м Казачьим кавалерийским корпусом [141, с.97].

С нацистами совершенно сознательно шел такой известный казачий лидер времен Гражданской войны, как Григорий Михайлович Семенов. Он полагал (без всякого Суворова), что борьба с большевизмом будет завершена в двух случаях: «а) если большевики будут вырваны с почвы, их питающей, то есть из России, и б) если власть Красного Интернационала распространится на все государства мира» [142, с. 289].

Г. М. Семенов полагал, что русские националисты должны сознательно идти на стороне нацистской Германии и Японии, причем идти, что называется, до конца. В частности, японцы вынашивали идею создания в Сибири «независимого» государства «Сибирь–Го», и Семенов уже ковал кадры для этого государства под прямым патронажем японской разведки [141, с. 61].

Почти так же вели себя и многие казаки, родившиеся и выросшие на территории СССР. В августе 1941 года в плен сдался майор советской армии Кононов. Он увлек с собой часть своего 436 пехотного полка .. Кононову, казачьему офицеру, позволили сформировать казачий полк потому, что Гитлеру доложили, будто казаки — это потомки не славян, а остготов.