Тут же, возле Танненберга и Грюнвальда, в пределах движения армий, есть несколько деревень с двойными, немецко–польскими названиями: Логдово (Логдау), Людвиково (Людвиксдорф), Ульново (Фаулен). Есть откровенно польское озеро Любень, из которого вытекает река Маржанка. А ниже по течению Маржанки показана деревня Зеевальде (Озернолесная), тоже без славянского аналога.

Вот к западу от озера Любень и между всеми этими деревнями 15 июля 1410 года начали строиться армии. Говоря коротко — никогда ни до, ни после крестоносцы не терпели такого сокрушительного поражения. К концу дня они оказались окружены, отступили к Грюнвальду; к вечеру все больше хоругвей предпочитало окружению и гибели бегство. Большую часть отказавшихся бежать быстро перебили победители; почти все бежавшие оказались переловлены или истреблены. С поля боя спаслось буквально несколько сотен человек. Несмотря на перспективу большого выкупа, пленных брали очень мало: крестоносцы сделали все необходимое, чтобы их ненавидели славяне.

Трудно сказать, каковы были потери обеих сторон. Во всяком случае, погибло более 600 опоясанных рыцарей, с поля боя не ушли руководители ордена во главе с Великим магистром фон Юнгингеном, его ближайшими сподвижниками Валленродом и Лихтенштейном.

Кровавое торжество Польши и Литвы означало полное изменение политической ситуации. Орден зашатался; стало очевидно, что славянские страны его сильнее и могут его уничтожить. До сих пор многие ученые всерьез осуждают Владислава Ягелло за нерешительность. Надо было, мол, сразу же идти на Мариенбург, брать крепость, добивать орден, пока не поздно.

По мнению решительно всех историков, Торуньский «вечный мир», подписанный 1 февраля 1411 года Владиславом II Ягайло, Великим князем Витовтом и представителями ордена, не отражал масштабов победы.

По Торуньскому «вечному миру» орден отказался от претензий на Добжиньскую землю и от Жемайтии, во·владениях ордена оставалось только польское Поморье и Пруссия. Но и в Поморье далеко не всем обитателям этих земель нравилось владычество псов–рыцарей. Ну, допустим, крестьянство как–то никто особенно не спрашивал. Верхушка дворянства — это и был сам орден или близкие к нему люди.

Но существовали еще и такие беспокойные элементы, как горожане и мелкое рыцарство. В XV веке было горожан еще немного, всего 4--5% населения. Большинство горожан на территории ордена сначала было немецким. Потом появились, разумеется, и польские ремесленники и купцы, а в Гданьске–Данциге они составляли большинство: ведь Гданьск уже был захвачен орденом как крупный морской порт и торгово–промышленный центр. За два столетия жизни в Прибалтике даже сами немцы утратили гонор завоевателей. Это были уже некие местные немцы, и эти местные немцы уже совсем не обязательно хотели жить под средневековым орденом. Польша, более современное государство, сулило больше и немецким, и польским горожанам. Основную роль в дальнейших событиях сыграл союз городов Пруссии и Поморья — Прусский союз.

,В феврале 1454 года, в годы правления Казимира IV Ягеллончика, Прусский союз отказал в повиновении ордену и заявил о присоединении к Польше. За несколько недель городские ополчения овладели всеми городами и крепостями Поморья и Пруссии, вышибли из них солдат ордена и попросили Польшу принять в свой состав эти земли. Добрый польский король не захотел огорчать таких симпатичных людей — и поляков, и немцев.

ПРУССКИЙ ВОПРОС

Утвердившийся на престоле курфюрстов города Бранденбурга в 1485 году Альбрехт Гогенцоллерн в 1511 году стал магистром Тевтонского ордена. В 1517 году Лютер прибил свои знаменитые листы к дверям церкви. По всей Германии началась большая смута, так называемая Реформация. В ходе Реформации население в Германии уменьшилось на треть, кое–где исчезло и совсем. В обезумевшей стране царил один только закон — право сильного.