Ему стало тошно при мысли, что он дважды за неделю может быть ранен, причем оба раза — бабами. К тому же эта лежала на простынях, вся в подушках. Губы Денни скривились, как будто он собирался заплакать. Он умоляюще протянул руки.

Бад быстро заговорил:

— Мы здесь не для того, чтобы грабить вас. Мы хотим поговорить о деле.

Кингсбэри заправил большие пальцы за резинку трусов.

— Не смешите меня, — сказал он, — ворвались в мой дом, как два идиота. Двумя руками, крошка, — обратился он к жене.

Денни умолял:

— Бад, заставь ее бросить это.

— Это очень маленький калибр, — успокоил его Кингсбэри, — а она была в тире с полдюжины раз. Не нервничай.

Бад старался говорить ровно и спокойно:

— На ваш офис вчера было совершено нападение, не так ли?

— Да, на самом деле.

— У вас украли некие документы.

Голая миссис Кингсбэри произнесла:

— Фрэнки, ты не говорил мне об этом, — ее руки по-прежнему крепко сжимали пистолет.

Кингсбэри вынул пальцы из трусов и скрестил их на грудях, которые были больше, чем у любой женщины из тех, которых знал Денни.

— Думаю, Бринк здесь не при чем, — заметил он.

— Да, это мы взяли эти чертовы материалы, — ответил Бад.

— Так это были вы? Скотство!

— Может быть, вам нужны доказательства? Может быть, предъявить кредитную карточку?

Кингсбэри колебался:

— Вы хотите продать их назад?

«Гениальный бизнесмен», — подумал Бад.

— Скажите вашей жене, чтобы бросила это, — произнес он.

— Пенни, ты слышала?

— И скажите, чтобы она ушла и закрылась в ванной.

— Что?

Жена возразила:

— Фрэнки, мне не нравится все это. — Она осторожно положила пистолет на ночной столик рядом с флакончиком туалетной воды «Лявори».

Дрожь расслабления прошла по телу Денни, начиная с плеч. Он прохромал через комнату и сел на край постели.

— Будет лучше, если она побудет в ванне, — посоветовал Бад Кингсбэри, — или вам все равно?

Кингсбэри покусал верхнюю губу. Он думал о материалах, о том, что было в них.

Его жена закуталась в простыню:

— Фрэнк!

— Делай, что он сказал, — велел ей Кингсбэри, — можешь взять с собой журнал, книгу, если найдешь.

— Трахала я вас, — прошипела Пенни. По пути в ванную она помахала им с выражением своей копии с картины.

— Я встретил ее в Дорале. Она торговала обувью для гольфа.

— Как мило, — отозвался Бад.

— Фази Заелер, Том Кайт. Я не ребенок. Это все клиенты Пенни, — Кингсбэри одел купальный халат и включил телевизор на случай, если Пенни захочет подслушать.

Бад взял пистолет со столика и бросил его в карман. Холодный металл, прикоснувшись к интимным частям тела, заставил его содрогнуться. Боже, как он ненавидел пистолеты!

Кингсбэри спросил:

— Вы видели картину в большой комнате?

— О, да! — ответил Денни.

— Мы занимались этим в Балтиморе. Это в седьмой или десятый раз, не помню. Я должен был брать полный курс траханья каждый день, сколько бы времени это не занимало. Когда делали фотографию, должно быть сотни две парней стояло вокруг, глядя на ее сиськи. Пенни не обращала на это никакого внимания, она гордится ими.

— А что у вас пропало? — спросил Бад, возвращаясь к теме разговора, — не могли бы мы узнать? Надо о многом поговорить.