— Вот сухарь, — с сожалением вздохнула Алиса, заглядывая Роуане через плечо, — никаких тебе «милочка» и «надеюсь, вы пребываете в добром здравии».

Зато письмо содержало подробные указания, как добраться до Укромного Уголка, — мистер Саксби здраво рассудил, что это сейчас для Роуаны самое важное. «Из Сиднея летите самолетом до Брисбена, Куинсленд, в Брисбене пересаживайтесь на самолет до Литтлвуда», — вообще, пересадок надлежало сделать немало, — «…садитесь на автобус до Укромного Уголка и спросите „Мальчик-с-пальчик“», — писал опекун в конце. «Какая предупредительность!» — умилилась Роуана.

Две недели спустя все, кроме мисс Гримбелл, которая как раз заселяла новенькую на освободившееся место, провожали Роуану в аэропорту.

Путь ее пролегал через Карачи, Нью-Дели, Бангкок, Сингапур, Дарвин, Сидней. В Сиднее Роуана не увидела ничего, кроме аэропорта Кингсфорд Смит, — нужно было торопиться, чтобы не опоздать на самолет до Брисбена, где времени до следующего рейса опять оставалось в обрез. Последний перелет показался ей самым долгим, а ведь на карте, которую они рассматривали в Лондоне, это расстояние занимало всего несколько дюймов. Но вот, наконец, самолет приземлился на каком-то поле, заросшем чертополохом и одуванчиками. Сойдя по трапу, Роуана увидела неподалеку автобус и направилась к нему. Молодой водитель подтвердил, что автобус проезжает Укромный Уголок и прибудет туда в соответствии с расписанием, несмотря на то что везти с аэродрома некого, возможно, она будет единственной пассажиркой.

— Запрыгивайте, — пригласил он в свою обшарпанную колымагу. В салоне не хватало половины стекол, а оставшиеся все были в трещинах.

Жутко дребезжа, этот драндулет катил по узкой асфальтовой дороге.

— А что вы забыли в этом Укромном Уголке? — поинтересовался водитель.

— Мне нужно кафе «Мальчик-с-пальчик».

— Ах, «Мальчик-с-пальчик»? Как же, знаю, — буркнул он и больше ничего не спрашивал, удовлетворив, видимо, свой интерес.

«Спасибо и на этом», — с тоской подумала Роуана.

По обе стороны дороги тянулись плантации сахарного тростника, и в любое другое время она залюбовалась бы причудливой их мозаикой, но сейчас ей все больше становилось не по себе. Плантации тростника сменились рощами каучуковых деревьев, затем начались холмы, где росли бананы, потом были папайи, кокосовые пальмы, снова сахарный тростник и еще какие-то зеленые кусты с розоватыми цветками. Роуана хотела спросить, как они называются и что еще выращивают в Австралии, но не осмелилась отвлекать водителя — дорога была узкая, и навстречу неслась очередная колонна грузовиков. «Все это, конечно, очень красиво, но где же города?» — недоумевала Роуана. Она знала, что в Англии, даже сравнительно недалеко от Лондона, есть безлюдные места и около Нью-Йорка, ей рассказывали, тоже. Но чтобы такие огромные пространства?

— Подъезжаем, мисс! — наконец объявил водитель. Однако, выглянув в окно, Роуана обнаружила все то же узкое разбитое шоссе и вереницы трейлеров впереди и позади их автобуса.

— Как много машин, — заметила она.

— Да уж, мисс. Ведь эта трасса соединяет два города — по ней все время что-нибудь перевозят. И хорошо, я вам скажу, что здесь есть «Мальчик-с-пальчик», где дальнобойщики могут червячка заморить. Говорят, скоро напротив еще закусочная откроется. Ну да эти шоферюги быстро разберут, с какой стороны хлеб маслом намазан. — Парень засмеялся собственной шутке. — Приехали, мисс.

— Как — «приехали»? — ошарашенно переспросила Роуана.