— Что же, это всё, конечно, интересно, но это всё никак не объясняет, как ты оказалась здесь, — между тем продолжил я, мысленно делая все нужные пометки, — врага нужно знать как можно лучше.

А то, что все без каких-либо исключений божества для нас враги — это несомненно. В том числе и такая система, как Лабиринт. Загадочная энергия жизни, которой фактически питаются все эти твари, а также поддерживают свою силу, фактически делает нас всех кормом для них. И совершенно без разницы в какой форме они нас используют людей, — как еду или, как собирателей, что приносят эту самую еду. В любом случае мы все тут нужно только лишь для одного — прокормки этих тварей.

Девушка на мой вопрос отчётливо поморщилась, как бы говоря, насколько ей тяжело и неприятно вспоминать об этом. Но всё же ответила:

— Недооценка чужих способностей и переоценка собственных, частая проблема смертных и, как оказалось, бессмертных существ. Подловили местные, заманив сюда одной интересной безделицей. Что же, признаю в некоторых случаях даже таким, как я, лучше проверять окружение.

Если честно, меня эта откровенность удивила. Думал, что воплощение Апофиса будет стараться всячески увиливать, а тут прямо с ходу ответила и признала свою ошибку. И это невольно вызывало сомнения в рассказанной истории. Что же, пока допустим.

— И кто из нас, получается, узник? — грубая провокация, но расчёт в том, что у конкретно этого воплощения мало опыта общения с людьми.

— Ха-ха, хорошая попытка, человек. Да, мы в похожем положении, но я хотя бы хозяйка собственной судьбы. Пускай и ограничена в передвижении, а ты же даже умереть-то толком не сможешь. Как по мне, ответ тут однозначный.

— Что значит не смогу умереть?

— А ты как думаешь? Вон то устройство на твоей руке, думаешь, оно только контролирует твою жизнь? Помрёшь трагично, а всё тобой накопленное, в том числе и знания, тут же вернуться в жадные лапки Лабиринта. Вы все рабы и осколки из нескольких разных личностей вытащенных из водоворота душ и слепленных друг с другом, чтобы найти ключ к идеальному именованному. Зачем создавать обычных разумных, если можно экспериментами вывести идеальный инструмент? Погоди-погоди, есть у вас интересное словечко, которое полностью отражает суть. Во! Франкенштейн! Точно. Сотканные из нескольких осколков душ, лишь тени себя прошлых.

За моей спиной некоторые из отряда вздрогнули, хорошо слыша и понимая, о чём говорит воплощение.

«Спокойно! Помните, что божества говорят чаще ложь, чем правду! Ей важно, чтобы мы отключили барьер и для этого воплощение скажет всё что угодно», — шёпотом обратился я ко всем, немного приводя их в порядок, не забыл я и повторить то же самое Окири, чтобы не устроила на пустом месте истерику, если вдруг настолько глупа, чтобы сразу верить подобным существам.

— Так и всё-таки, кто же мы такие в действительности? Кто такие именованные? Кое-что мне уже рассказывали, но я хочу услышать это уже от тебя.

— Вы искусственные существа. Мета-личности, в которых закладываются разные параметры, чтобы Лабиринт смог оценить ваши возможности и силы, а после использовал эти знания для создания ещё более эффективного подопытного. У вас только одна задача — обеспечивать жизнь и развитие Лабиринту.

«И тут ключевое противоречие с тем, что говорил когда-то тот мужчина в цилиндре. Он утверждал, что мы просто души умерших когда-то людей. Причём я тогда понял, что речь идёт лишь о копиях. Эдаких клонах. А здесь уже говорится о нескольких, сшитых друг с другом личностях. Сомнительно. Особенно если вспомнить наших близнецов. Или, скажем ту же Кнопку, Какой смысл возрождать её ребёнком, если только она не закончила свой земной путь рано? Но главное для себя я уже вывел — то, что изменённые, это возрождённые после долгих лет небытия люди.