Мне теперь часто казалось, будто в квартире мы не одни. Особенно вечерами. Стоило прислушаться и сразу – призрачные шаги в соседней комнате, стук зубов и судорожные вздохи.

Вася не любила ходить одна в темноте. Но в целом она была спокойна. Девочка давно привыкла к присутствию покойной прабабки. А я был в ужасе!

Особенно страшно мне стало в один вечер, когда мы с Васей смотрели наш сериал, я повернул голову просто чтобы размять шею, а из приоткрытой двери на меня смотрело синее лицо старухи…

Вася была так поглощена сценой превращения девочек-волшебниц, что и не заметила этого.

– Я тоже хочу быть волшебницей, тоже хочу превращаться! – мечтательно сказала она, пока на меня, как из гроба, смотрела почившая родственница.

Я пытался хорошенько поразмыслить: моя сестра была наркозависимой, Василиса – всего лишь ребёнок, но я ведь трезвый и взрослый человек. Мне-то почему всё это кажется?

Близился праздник. В заботах и в подготовке к новому году, я почти перестал обращать внимание на происходящее в квартире, но бабка о себе напомнила.

За день до нового года мы с Василисой услышали, как в прихожей что-то разбилось. Пошли посмотреть – старый линолеум был усыпан мелкими красными осколками. Тот самый шарик, что я убрал в коробку и запер в чулане.

– Опять бабушка, – раздражённо сказала Вася.

Я даже не мог с ней поспорить. Что покойница к нам прицепилась? Что ей надо?!

Настал долгожданный праздник. Мы целый день провели с Васей. Встретились с моей старой компанией. Юля, с которой у нас когда-то не сложились отношения, сказала:

– Ты будешь ей хорошим отцом, тебе это идёт.

Василиса вмешалась:

– Мы с Пашей братаны!

Вот смеху-то было!

Вечером, мы с Васей покатались с горки на «ватрушке», посмотрели салют и продолжили празднование дома. Это было для меня самое весёлое празднование за последние годы. Неплохо всё-таки иметь семью.

Я сказал девочке, что ровно в полночь надо обязательно загадать желание. Пробили куранты, Вася зажмурилась.

– Что загадала? – поинтересовался я.

– Чтобы бабушка к нам больше не приходила! – ответила Вася.

Я пожалел, что спросил. Надеялся не вспоминать о ней хотя бы одну ночь.

Время для ребёнка было позднее. Вася ушла в свою комнату. Я убрал со стола и вынул из шкафа припрятанные подарки. Проходя мимо комнаты Василисы, я прислушался: оттуда доносилось только медленное сонливое дыхание. Она уже спала и не могла узнать, как подарки оказались под ёлкой.

Довольный собой, я отправился к себе в спальню. Ещё не успел зажечь свет, как на меня из тьмы шагнула плешивая старуха в драной ночной сорочке. Её руки легли мне на грудь. Зловонье смерти забило ноздри.

Бабка раскрыла рот, где были только нижние зубы и сказала:

– Павка! Где твоя сестра? Где Варвара? Где она?!

Я сбросил с себя ледяные руки и попятился:

– Варвара умерла! Ты её изводила, старуха проклятая! Из-за тебя она умерла! Сгинь! Сгинь! Сгинь!

– Это она меня изводила! – старуха притянула меня за воротник рубашки, её белёсые глаза дрожали, как студень. – Варвара – моя наследница и должна была принять от меня дар. А она отказывалась, не принимала, негодная девка! Теперь я никуда отсюда не могу уйти! Мучаюсь!

Меня тошнило от вони и ужаса. Я не мог с этим справиться.

– Ну, если не внучка, значит правнучка возьмёт! – бабка отпустила воротник, развернулась на голых пятках и потопала к комнате девочки.

– Стой! – я догнал её. – Не трогай Василису!

– А-а-а! – злобно вскрикнула старуха и вцепилась ледяными руками мне в горло.