Как по заказу выпал снег. Я начал думать, что бы ей такого подарить? Дети сейчас умные, разбираются в технологиях, игрушки им не так интересны.

Я прошёлся по магазинам, посмотрел, какие есть смартфоны, планшеты, а когда вернулся, Вася заявила: «Я видела маму!».

Девочка указала на красный стеклянный шар:

– В этом шарике! Я смотрела в отражение и там появилось её лицо. Мама была испуганная и что-то хотела мне сказать, но я ничего не услышала.

Слова девочки заставили моё сердце съёжиться. Вспомнились все ужастики, в которых дети говорят что-то жуткое, а взрослые не воспринимают всерьёз и списывают всё на богатую фантазию.

Впрочем, я поступил точно так же. Подумал: Вася скучает по маме. Девочка похожа на неё лицом, лампочки гирлянды дали неестественное нижнее освещение, зеркальная поверхность шарика исказила её черты, и она не узнала себя в отражении.

Я был предвзят к малышке. Недооценил её способность различать кажущееся и реальное…

В утро понедельника я почувствовал на себе бремя родительских обязательств: вставать в раннюю рань и везти ребёнка в детский сад. Пришло осознание: впереди ещё много лет такого недосыпа.

За день я успел объехать все рабочие объекты. У меня оставался час, чтобы побыть немного в одиночестве. Я приготовил чай, включил гирлянду и сел поближе к ёлке.

Было приятно любоваться новогодними украшениями и вспоминать что-то хорошее из детства, но потом я взглянул на тот самый красный шар… Под ним плавно гас и загорался жёлтый огонёк, и комната отражалась причудливо.

Казалось, я вижу старый диван, что-то похожее на пузатый телевизор из восьмидесятых годов. Так выглядела гостиная в моём детстве.

Я тронул шарик, он качнулся, но странное отражение не исчезло. Оглядываюсь назад – комната, как комната, смотрю в шарик, а там моё лицо на фоне картинки из далёкого прошлого. Причём являлась она только пока горела гирлянда. Лампочки гасли и отражение становилось неразличимым.

Сидя на коленях, я всё вглядывался и пытался понять: в чём тут фокус? Как это возможно?

Старые обои, вытянутый дверной проём. И в нём кто-то стоит! Женщина. Я оглянулся на дверь – пусто. Но в шаре… Теперь она стояла уже не в коридоре, а в самой комнате. И это была не моя покойная сестра, а женщина в годах, сухая, иссушенная старостью.

Лампочка погасла и снова загорелась – старуха ещё приблизилась! Теперь она была в центре гостиной! И опять за спиной никого нет… а в красном шаре… прямо над моим плечом висело лицо, изрезанное морщинами.

Плешивая старуха с крючковатым носом. Её как подвесили у меня за спиной.

Она была такая страшная, что я не вынес её вида. Зажмурился, присутулился и ждал, что будет. В комнате висела долгая живая тишина…

Никто меня не тронул. Позади по-прежнему никого не было. Одна половина комнаты впотьмах, другая в плавном мерцании разноцветных огоньков. Даже странное отражение в шарике исчезло.

Но я снял эту игрушку с ветки, убрал в коробку и запер чулан. Подальше с глаз!

В мыслях так и остался образ той старухи. Я её узнал. Это была моя покойная бабушка Вера. О ней мало что помнилось. Только как она чудно коверкала моё имя – называла «Павкой». И ещё как она умирала. Долго и тяжело. Мучительно стонала по ночам в своей комнате.

Моя сестра в детстве жаловалась, что бабушка её не любит, всегда с ней груба, никогда не скажет доброго слова. Да, Варвара часто причитала из-за бабушки. Хотя я сам не замечал, что они были не в ладах. Не знаю, в какие минуты моего отсутствия сестра и бабушка успевали ссориться.

Теперь обеих не стало. Обе умерли. Остались только я и шестилетняя Василиса. А то, что мы видели в красном шарике – осадок прошлого.

Хотелось верить, что всё будет хорошо и всё наладится.