Гэбл с недоумением посмотрел на Питтмана и, помолчав, со вздохом произнес:

— Жаль, что моим людям не удалось застрелить вас в Скарсдейле. Насколько все было бы проще!

Тут раздался голос Слоана:

— Первым был Джонатан. Затем Энтони. И вот теперь Виктор. Хватит. Я хочу, чтобы мы пришли к соглашению. Хочу остановить это безумие.

— Для этого мы и собрались, — ответил Гэбл. — Остановить безумие.

Во время разговора человек, представленный как Уэбли, стоял, прислонившись к стене, справа от Питтмана, поигрывая конфискованным кольтом.

— Чтобы переговоры оказались успешными, — заявил Гэбл, — обе стороны должны извлечь из них пользу. Итак, мистер Питтман, сообщите, что вы дадите нам в обмен на миллион долларов и два паспорта, которые получите вы.

— Безопасность. Душевное спокойствие.

— Прекрасно! Нас это вполне устраивает. Но что вы имеете в виду? Каким образом намерены предоставить нам безопасность и душевное спокойствие?

— Исчезну.

— Нельзя ли пояснее?

— Инсценирую самоубийство. Причем так, что труп не сможет быть идентифицирован.

— Говорите конкретнее.

— Ваши люди устраивают мне западню на одной из ваших яхт, а я взрываю ее и себя вместе с ней. Мое тело найти невозможно, его съели акулы или другие пожиратели трупов. На самом же деле меня на яхте не будет. Но ваши люди, наблюдая за взрывом с борта другой яхты, клятвенно подтвердят, что видели меня в момент взрыва.

— А ведь это может сработать! — с энтузиазмом заявил Слоан.

— На одной из моих яхт, говорите? — Гэбл поморщился. — Не слишком ли жирно?

— Зато правдоподобно. Учитывая нанесенный вам колоссальный ущерб, полиция ничего не заподозрит.

— В этом есть смысл, — быстро произнес Слоан.

Гэбл укоризненно посмотрел на него и снова перевел взгляд на Питтмана.

— Прошу извинить моего коллегу за столь опрометчивое заявление. Видимо, он забыл главное правило ведения переговоров — никогда не проявлять своего отношения к аргументам оппонента.

— А я полагал, мы решили быть откровенными до конца, — заметил Питтман.

— Почему же в таком случае вы сами не придерживаетесь этого правила? Так я вам и поверил, что вы исчезнете и больше не будете представлять никакой опасности!

— Именно так, не сомневайтесь, — соврал Питтман.

— А где гарантии?

— Я уже сказал. Мечтаю, чтобы меня оставили в покое, не охотились за мной. Хочу жить!

— Под новым именем?

— Да.

— С мисс Уоррен?

— Да.

— Видимо, в Мексике или, возможно, еще дальше к югу. В стране с такой экономикой, где миллион долларов весит значительно больше, чем в Соединенных Штатах.

— Да.

— После обстрела телефонными звонками вчера вечером, — раздраженно произнес Гэбл, — позволительно будет спросить, каким образом вы намерены оградить нас от тех, кого посвятили в наши личные проблемы?

— Вы имеете в виду вашу дочь?

— И ее тоже.

— Телефонные звонки служили лишь средством привлечь ваше внимание, — сказал Питтман.