Сардо еще не успел выехать из Фаррингтон-Мэнор, когда Эшфорд вышел из своего укрытия и приблизился к Ноэль.

— Не знаю, кого мне следует убить в первую очередь — . тебя или эту похотливую гадину, — процедил он сквозь зубы, испепеляя ее взглядом. — О чем ты, черт возьми, думала, когда кокетничала с этим мерзавцем и предложила ему повести тебя в галерею Франко?

— Честно говоря, Эшфорд, для человека, клятвенно заверявшего меня, что никогда не теряет власти над своими чувствами, ты ведешь себя странно — ревешь как раненый зверь каждый раз, когда Андре приближается ко мне.

— Приближается? Приближается к тебе?! И это ты называешь «приближаться»?! Да он впился в твои губы так, будто хотел проглотить тебя заживо.

— Не беспокойся. Ты целуешься гораздо лучше, чем он. — На ее губах заиграла озорная улыбка,

— Не испытывай меня, Ноэль, не дразни меня! — Глаза Эшфорда зло прищурились.

— Я учту это, — вздохнула она. — А прогуляться но галерее я предложила потому, что хочу выяснить, какие еще художники пишут картины для Бариччи. Андре не захотел говорить об этом, когда я спросила его напрямик. Пришлось прибегнуть к хитрости. Представь, — она даже хлопнула в ладоши от радостного предвкушения, — я прогуливаюсь по галерее, восторженно разглядывая творения Андре и восхищаясь ею гениальностью. Потом вскользь выбраню бездарные картины какого-нибудь другого художника, имени которого, разумеется, не знаю! Он не выдержит и назовет имена «бездарен». Я сообщу о них тебе, и ты наведешь о них справки. Кто знает, возможно, кое-кто из них преподносит мистеру Бариччи не только свои картины.

— Я уже навел справки о других художниках, чьи работы прошли через галерею Бариччи. — сообщил ей Эшфорд. — По крайней мере, о тех, подписи которых можно было прочесть на картинах… В прошлом году таких было шесть или восемь человек. Остальные неизвестны — подписи на них либо отсутствовали, либо были нацарапаны где-нибудь в углу и их скрывала рама.

— Опиши мне эти работы и скажи, где они висят. На них я обрушусь…

— Лучше ты сосредоточься на горничной леди Мэннеринг. А галереей займусь я.

— Но ты не смог справиться с делами в галерее. Не можешь найти способа получить сведения, которые нам нужны. Может быть, решишь, что на этот вопрос тебе ответит мистер Уильяме?

Эшфорд стиснул зубы, и на щеках его обозначились желваки:

— Нет, у мистера Уильямса я этого спрашивать не стану. Но если ты воображаешь, что он преисполнится доверия к тебе и не станет следить за каждым твоим шагом, за каждым движением, то весьма ошибаешься.

— Ладно, ладно, — поторопилась успокоить его Ноэль, испугавшись его реакции. — Я буду осторожна с Андре. Что же касается мнимой опасности, испугавшей тебя, то я ведь буду там днем, когда в галерее полно посетителей. К тому же не забывай, что с нами будет Грейс.

— А потом?

— Мы с Грейс отправимся прямо домой. Если, конечно, — Ноэль бросила на него лукавый взгляд, — ты не захочешь встретиться со мной на какой-нибудь частной квартире, на что намекал Андре. Я могла бы тогда убедить Грейс уехать, а сама бы . задержалась. Но ее попытка смягчить Эшфорда не увенчалась успехом. С мрачным видом он потирал затылок. — Нет, этот способ не годится. — Эшфорд становился все мрачнее. — Если ты решишься отправиться в галерею, я последую за тобой. И не беспокойся, что меня заметят, — добавил он, отметая все возможные возражения движением руки.