— Что вы знаете о моих аспирантах? — возмущался Зиновьев в щель в окне (одно из окон не закрывалось до конца). — С чего вы взяли, что они были тупые?

— Ну как же? Уводить жен у своего профессора — не самый умный поступок.

— Я с вами поделился, а вы ерничаете?

— Не обижайтесь, док, сейчас я разберусь с этим «аспирантом» и мы отправимся в путь.

Я пошел навстречу мертвецу. Он был похож на жениха не первой свежести. В лацкане его пиджака торчал засохший цветок. Одно его ухо было откушено вместе с верхней частью щеки. Очевидно, свадьба была веселой, но не долгой.

Чтобы не сковывать движения и быть более подвижным я скинул тяжелый рюкзак на дорогу. Черт! Все, что мы тащили с Кастетом вдвоем, теперь придется нести мне… На профессора надежды нет. Он сам бы шагал, и то нормально. Такой расклад нас сильно замедлит.

Хорошо мертвецам: бродят себе налегке день и ночь. Никогда не устают и никогда не останавливаются. Где ж они черти столько энергии берут? Мясо? Но нет… Не каждому из них пожрать человечинки удается. То, что они не устают — это аномалия какая-то. Хотя то, что мертвецы оживают — уже аномалия…

Я перекладывал из руки в руку нож, примериваясь для удара (стрелять не хотел, мало ли кто выстрел услышит) и раздумывал над своей тяжелой судьбой носильщика. Но тут мне в голову пришла одна интересная мысль. Не знаю, получится или нет, но попробовать надо. Опасно, конечно, но оно того стоит…

Я убрал нож обратно на пояс в ножны и ждал мертвеца уже без оружия. Тот заурчал голодным утробным звуком и, выкинув вперед руки, бросился к моей шее.

Хрен тебе, а не мое генеральское тело! Шаг в сторону, подсечка и мертвец завалился на асфальт. Он яростно зарычал, пытаясь вскочить, но я уже придавил его коленом в спину. Выхватил нож и вонзил клинок в плечевой сустав зомбаку.

С хрустом провернул, разрезая составную сумку и связки. Из плеча полилась бурая кровь. Есть. Сустав вдребезги, и одна рука повисла плетью.

Удар по второму плечу получился не такой точный. Не сразу получилось попасть клинком в суставную щель. Пришлось еще пару раз тыкнуть, борясь с беснующейся тварью. Что же ты такой злой? Невеста на свадьбе что ли бросила?

— Что вы делаете? — профессор высунулся в окно. — Чтобы его убить, нужно бить в голову!

— Вы не могли бы мне помочь? — грозно глянул я на Зиновьева. — Скорее, док, черт вас побери! Тащите свою ученую задницу сюда!

— Я его боюсь! — профессор аж позеленел. — Убейте его! Ну!

Я обездвижил вторую руку мертвеца, вскрыв сустав и срезав связки.

— Иди сюда! — рявкнул я так, что Зиновьев выскочил из машины, словно собачонка из будки, когда пришел хозяин.

— Встаньте ему ногой на грудь! Да не бойтесь! Я выключил ему руки. Он теперь не может ими даже пошевелить.

— Что вы задумали? — профессор осторожно поставил на грудь мертвеца стопу.

— Давите сильнее, — сказал я. — Сейчас я его отпущу.

Мертвец извивался под ногой Зиновьева и остервенело щелкал зубами.

Я отпусти зомби и схватил его за голову.

— А-а! — вскрикнул Зиновьев и замахал руками, удерживая равновесие.

Он чуть не упал, подскользнувшись на шелковом галстуке мертвеца. Зомби извернулся и чуть не цапнул меня за руку.

Я припечатал его башку обратно к земле ударом кулака.

— Твою мать! Зиновьев! Держите его лучше! Эта тварь чуть меня не укусила.

— Простите! — лепетал профессор. — Нога соскользнула.

Клинком ножа я выкрошил мертвецу челюстные суставы и разрезал рот.

— О боже! — профессор зажмурился, борясь с желанием дать деру. — Что вы делаете?

— Ослика! — ответил, я отрезая мертвецу нижнюю челюсть.