Сколько прошло времен, Марс сказать не мог. Он спал, отдыхал, ел жижу, которой тут кормили и ждал развития событий — тело болело и отказывалось повиноваться, так что ничего иного всё равно не оставалось. С соседями по камере, знакомиться не пытался, как и они. Эти четыре бледных худых теней от человека, его вообще панически боялись и никогда не ели вперёд него. Последнее Марса вполне устраивало, так что он к ним не лез, старался вовсе не замечать.

Однажды, ощутив себя получше, попытался разорвать цепи.

От боли потерял сознание, но попыток не оставил — повторил через пару дней. Странно, но цепи были словно зачарованы. На вид ржавое, дрянное железо, а как не пытайся, сломать невозможно.

Через несколько дней, внимание арийца переключилось на решётки.

Они, как быстро выяснилось, зачарованы не были.

— Что такое? Что за шум? — Заорал кто-то из коридора. Никто не ответил, только снова что-то грохнуло, и кто-то тихонько зарычал, словно от боли. Наёмник, хмурясь, пошёл по коридору. Что за грохот такой? Бадьёй что ли по решётке бьют? Так за то ведь можно и дубиной по хребтине получить — неужели непонятно?

Наёмник прошёл по коридору, заглядывая в камеры. Везде спокойно, а грохот всё ближе, вон, вдалеке, со стены пыль сыплется. Хм…, наёмник прошёл к странной стене, дальше глянул.

— Ох ты прости Господь мой Каил! — Воскликнул наёмник, отпрыгнув от решётки — ухватив её двумя руками, там стоял варвар, погубивший монашьего магистра. Мокрый от пота, красный весь и злобно скалится. — Чего скалишься нечестивец? А ну от решётки ушёл!

Рявкнул стражник и ариец напрягся, зарычал да как тряхнёт решётку! Пыль со стен посыпалась.

— А ну пошёл прочь! — Стражник подскочил ближе, размахнулся дубинкой и…

— Помогитееее!!!!! — Пронёсся по коридору кошмарный вопль.

Марс, которому сильно мешали цепи, грязно выругался — проклятый стражник успел-таки завопить. Если бы не цепи…, эх, а так глотку сразу раздавить не вышло. Жаль.

Ариец глянул на тело со свёрнутой на бок шеей. На ней, кстати, пальцы отпечатались. Снова ухватился за решётки, мышцы от натуги аж затрещали. Ещё раз тряхнул.

На вопль стражника откликнулись почти сразу, но когда в коридор вбежали трое вооружённых мечами наёмников, по нему пронеслись такой скрежет и такой дикий яростный крик, что все трое замерли, чуть друг друга не посадив на мечи.

— Что это было? — Пролепетал один, и в ту же секунду в коридор рухнула вырванная из пазов решётка, а следом туда вылетел бешено ревущий узник в цепях.

— Спаси Господи! — Сказал первый и, осенив себя знаком молнии, ринулся вперёд.

Когда меч лязгнул о цепь, а голова стражника, соприкоснулась со стеной и с треском лопнула, двое оставшихся, быстро сообразили, что Господь Каил, им тут вряд ли пособит.

— Надо остальных предупредить. — Сорвавшимся голосом, проговорил один. Второй смело развернулся и отчаянно побежал — в другую сторону от бешеного узника, кажется, их уже заметившего. Теперь у него ещё и меч есть…, тут двоим точно не справиться.

Когда безумно ревущий узник вырвался наверх, в большую комнату, где отдыхала стража и обыскивались узники, его уже ждали два десятка мечников.