Прямо по курсу — гавани. Моря не видно, лес мачт, палуб и всевозможной корабельной оснастки. Везде снуют люди. Одетые прилично и красиво, бородатые и безволосые, чёрные и белые, грязные бородатые, тоже есть. Всяких в избытке. Только тут, почти не было торговцев. Люди в порту занимались другим делом — они загружали корабли, разгружали их, охраняли изъятый из трюмов товар, ругались с другими, которым из-за них свои товары сгружать теперь придётся на полсотни метров дальше, а таскать-то тюки не махорку в другой ящичек переложить, тяжёлые они, горб сломается…, тут шум стоял ещё и хуже, чем на торговых рядах. Он был немного другим, в речах людей слышалось куда больше бранных слов, здесь не редки были гневные вопли, иногда случались драки, вспыхивающие неожиданно и непонятно из-за чего. И стража тут практически ни во что не вмешивалась, в отличие от городских улиц, где они на корню гасили любой скандал иноземных гостей. Да стражи и не видно даже…, нет, вон, несколько среди груд тюков ходят. Вот, двое, с кувшинами в руках, пошатываясь, прошли мимо драки четверых моряков. Песню затянули.

Суб двинулся вперёд, лавируя между товарами и людьми — тут они ещё и воняли, люди в основном. Товары пахли редко. Впрочем, в зависимости от ветра. Сейчас он изменился, в нос ударило стойкой вонью рыбы — с северной части порта. Морепродукты, разгружались исключительно там. Пока шёл, увидел, как в гавань входит новый корабль. Паруса спущены, идёт на вёслах, по палубам бегают люди…, Суб остановился и наблюдал за этим кораблём пока он не вышел из гавани и не отправился в северную её часть. А отправился он через полчаса, когда моряки начали спускать на берег, по деревянным мостикам, громадные корзины с пузатой рыбой. Один из стражников покинул свой пост и, потрясая полупустым кувшином, начал на них орать, да посылать их вместе с кораблём в пасть самому Баргу. Как оказалось, капитан перепутал пристани, а рыбу в Топси разгружали исключительно в северной части порта…, Суб остановился не для того, что бы посмотреть, как ругаются моряки со стражей города.

Корабль. Он двигался в гавани на вёслах, с использованием только малых носовых и кормовых парусов, но! Воин-маг не мог ошибиться — он тщательно рассмотрел этот корабль. Перед ним, покачивался на воде, пузатый парусный фрегат, не галера какая-нибудь. И, судя по обводам, мачтам, по всей конструкции парусника, он предназначался для долгих путешествий по океанским просторам. А судя по знакам и гербам на флажках, к флоту Империи корабль не принадлежал. Суб, вообще впервые, видел в этом мире подобные гербы и технологии. Этот мир, становился всё интереснее…, а может, местная технология, за сто лет пережила какой-то серьёзный рывок? Этакий научно-технологический бум, сказавшийся на всём, даже на кораблестроении?

С дальней, западной части порта, над шумной гаванью, понёсся громкий плач, следом вопль, резкий удар хлыста, ругань — Большой Театр, один из крупнейших рабских рынков Катхена. Как и говорила Анталия, он располагался в портовой части Топси. Суб повернулся в нужную сторону и…

— Ах ты дерьмоглот! — Взвыл бородатый, по пояс раздетый матрос. Низкорослого мужика в плаще он не заметил и пошёл с корзиной каких-то мелких фруктов, едва его не затоптав. Вовремя увидел, остановился, что бы пропустить. И поскользнулся. Корзина выпала, фрукты покатились по мостовой и половину рассыпавшихся товаров тут же затоптали занятые работой люди.