— Слушай, я не могу найти ни лифчик, ни трусы. Ты же не из тех, кто любит понюхать трусики? — Она искренне рассмеялась. — Если ты не против, я возьму одни из твоих боксеров. Лифчик у меня есть в шкафчике на работе. — Она взяла с письменного стола его любимые трусы, сбросила полотенце и надела их.

   Фредрик откашлялся.

   — Я скажу, когда найду твое белье… эм…

   — Стине, — закончила она. — Можем встретиться в укромном месте в отделении и поменяться бельем. — Она косо улыбнулась. — Да я шучу. Кстати, спасибо за вчерашнее. Мне кажется, ты классный парень. Только немного мрачный.

   — Спасибо. Это типа моя фишка.

   — Это звонила твоя девушка?

   Он захохотал. Слишком громко и слишком долго.

   — Да нет, просто коллега.

   — Как и я, — сказала Стине. — Не волнуйся. Я никому ничего не расскажу.

   Слякоть замерзла в лед. Полицейское ограждение убрали, движение восстановили, и под бетонным мостом снова стояло облако выхлопов. Фредрик нашел взглядом Кафу и главу криминалистов, Тересе Грёфтинг. Обе они пили кофе на заправке около мойки. Ворота на мойку были открыты. Тела убрали, «Теслу» увезли. Мужчина и женщина, оба в защитных костюмах, собирали лампочки в пластиковыйящик. Вода на полу на холоде превратилась в красноватую ледяную корку.

   Кафа с Тересе стояли у высокого столика в самой глубине кафе. Покупателей не было, и только молодая девушка за стойкой переворачивала сырные сосиски на гриле. На столике между следователями лежал один из пакетов с уликами и Кафин исцарапанный ноутбук.

   — Быстро ты, — сказала Кафа и дала Фредрику одноразовый стакан с надписью «Лучший кофе для лучших людей». Он понюхал его и заключил, что обе части высказывания — ложь.

   — Не вижу смысла оставаться дома, когда вы, прекрасные лучики солнца, меня тут ждете, — ответил он, удивленный собственной веселостью.

   — О, Фредрик! — воскликнула Тересе, прильнув к нему. На ней был толстый пуховик поверх защитного костюма, но Фредрик все равно почувствовал исходящее от нее тепло. — Это самое приятное, что мне кто-нибудь говорил сегодня.

   — Разве ты не живешь одна с сыном-подростком?

   — Именно. Так что это все объясняет.

   В пакете с уликами лежала кисточка. Ее щетина была белой.

   — Мы нашли ее в яме под снегом, в двух кварталах от квартиры Беаты Вагнер, — сказала Тересе. — На ней краска, идентичная той, которой была сделана надпись на машине Фалька.

   — Отпечатки пальцев есть?

   Тересе довольно кивнула.

   — Какую новость хочешь услышать сначала, плохую или хорошую?

   — Удиви меня.

   Кафа бросила взгляд на продавщицу. Та решила оставить сосиски жариться в собственном жиру и зависла в телефоне. Кафа подвинула ноутбук Фредрику и запустила отрывок из видео. Камера наблюдения с мойки. Картинка была плохого качества, и одна из металлических рамок моющего аппарата постоянно ездила туда-сюда, поэтому полицейские только в общих чертах могли увидеть происходящее. После того, как черная «Тесла» въехала в бокс, какой-то человек подошел к машине. Фредрик решил, что это мужчина —высокий и крепкого телосложения. С капюшоном на голове, он стоял, отвернувшись от камеры.