Не знаю. Подозреваю, что у него были и свои интересы. Но какие?

Еще расскажет. Успеется.

Хлопнула дверь. Влетел встрепанный Шарль и тут же сгреб меня в охапку.

– Юля, я так переволновался…

– А ты не волнуйся, братик. Я умирать не собираюсь. Просто приготовься к встрече с ИПФ.

– Всегда готов!

– Гонять их, как котов, – срифмовала я. Попытка пошутить не удалась, но я еще потренируюсь.

– Я бы вообще туда не ходил.

– Не получится. Ладно. Ты лучше выпей стакан воды, успокойся – и будем ждать звонка ребят.

Глеб позвонил через десять минут. Летел он, что ли?

– Юль, мы вас ждем у подъезда. Спуститесь?

– Сейчас, маме звякну…

– Ждем.

Я тут же перезвонила маме.

– Мам, вы выходите? Нас тут отвезут…

– Кто?

– Мам, не задавай лишних вопросов. Скажем так, дедушкина СБ. Машины уже стоят у подъезда.

Спорить мама не стала. И только осторожно поинтересовалась:

– Юля, а мы поместимся? Нас пятеро, да еще ты…

– И Алекс.

– Семь человек. Не перебор?

– Нет.

Знаю оборотней, они что-нибудь придумают.

Я была полностью права. Глеб с Дмитрием прибыли на внедорожнике. И туда запихали меня с Шарлем. А Алексей с Арсением приехали на шестиместной машине типа автофургон обыкновенный. Два места впереди, два вторым рядом, еще два – третьим. То есть так говорится, что два, а на самом деле, там и троих разместить можно. Стекла тонированные, бока явно бронированные. Да и свой внедорожник Глеб укрепил как следует. Маму с ее родней запихали именно в фургончик. И тронулись.

– Юля, это серьезно? – Глеб был смертельно сосредоточен на дороге и с нами общался Дмитрий. Молоденький на вид оборотень, лет двадцати пяти–двадцати семи.

– Не знаю. Расскажут.

– То есть мы влезаем в заварушку, а там по обстоятельствам?

– То есть мы туда уже вляпались. А вот как выбраться… хорошо хоть Совет вампиров молчит в тряпочку. Их еще не хватало!

– Это действительно хорошо, – передернуло Шарля.

До самой церкви никто не проронил ни слова. И только затормозив, Глеб повернулся ко мне.

– Юлька. Учти – мы за тебя любому глотку порвем. Только свистни.

Откровенность за откровенность. Я посмотрела Глебу в глаза.

– Даст Бог – нам не придется воевать. Но готовы будьте ко всему.

– Удачи нам! – подвел итог Шарль. И мы выпрыгнули из машины. Рядом десантировались мама, тётка и теткино семейство.

Первое, что привлекло мое внимание – была толпа. Человек так на двести. Минимум.

Я закатила глаза. Ага, а говорят, что очереди в три вилюшки остались в социализме. И сейчас такого нет!

– Мам, вы идите облизывать кости, а мы с Глебом вас тут подождем, – решила я и бросила взгляд на трех остальных телохранителей. Ребята помрачнели. Поняли, значит. Но не откажутся. Все равно оборотням и в церковь можно, и святая вода им – по фиг. Животное – оно и есть животное. В нем ничего страшного нет. И в человеке – тоже. Оборотней можно убить серебром, только вот кто их в такой толпе проверять будет? На аргентосовеместимость?

– Юля! Неужели ты с нами не пойдешь!? – возмутилась теть Тома.

Я фыркнула.

– Теть Том, а оно мне надо?

– Оно всем надо.