Нет, не скрывал. А теперь и скрывать некому будет.

– Поделитесь, чем надумали? – вывел меня из транса голос священника.

Я помотала головой.

– Делиться нечем. Могу только пообещать, что если найду эту падлу – лично ноги оборву. По самые уши.

– А у вас есть шанс найти убийцу?

Есть. И более чем реальный. Надо только с Мечиславом поговорить.

– Надеюсь.

– Это как-то связано с тем, что вы любите вампира?

Доложил-таки. Эх, не мог этот убивец пораньше прорезаться. До доклада. А так – ни себе, ни людям!

– В том числе.

– Юля, а вы отдаете себе отчет в том, что творите?

– Нет, я с ним любовью под наркозом занимаюсь.

Не хотела. Честно. Само с языка сорвалось. Отец Павел поморщился.

– Это не тема для шуток.

– Может быть. А у вас есть подозрения, что я под гипнозом?

– А у вас их нету?

Я пожала плечами.

– Сложно сказать. Понимаете, если я буду отрицать – вы скажете, что я точно ничего не соображаю из-за вампирских происков. А если буду соглашаться – тут тем более все ясно. Сеанс экзорцизма – и никаких гвоздей?

– Экзорцизм – это немного другое. Я думал, что вы об этом знаете.

– И что? А как называется то, что со мной хотел проделать отец Алексей?

– Он всего лишь пытался определить, воздействовали на вас кровососы – или нет.

– А то, что он сам был сродни кровососам?

Искрой полыхнуло воспоминание.

Аура мерзавца в рясе клубилась багровыми, коричневыми и черными тонами. Выглядело это так, словно протухшее мясо размешивали в блендере. От него словно отпочковывались ложноножки и ползли ко мне с недружественными намерениями…

– Юля!

– Сто лет как уже… Ладно! Что вы от меня хотите?

– Ничего. Я просто сообщил вам печальные известия.

Я кивнула. Врет. Наверняка. Но – что я могу сделать!?

– Тогда – всего хорошего?

– До свидания, Юля…

Он вылез из машины – и на место священника тут же забрался Глеб.

– Что от тебя хотел этот козел?

– Рокин убит, – порадовала я и его, и Шарля.

– Кто!? – возмутился дракоша.

– По утверждению попа – вампир.

– А его утверждениям можно верить?

А вот это вопрос на пять баллов! Можно – или нельзя? Я бы не верила. Но… Рокин не отвечает!

– Я сейчас позвоню Леониду. Пусть проверяет, – решил Глеб. – Это – по его ведомству.

Я схватилась за голову. Проверяет! Проверишь тут! Как!? Оборотням лезть к ИПФ – верная смерть. Что же делать, что делать!?

Шарль обнял меня за плечи.

– Все будет хорошо, сестренка. Мы справимся. Мы же вместе…

Мне бы его уверенность!

Родные вернулись через час. И что можно там делать так долго?

Лучше бы я не спрашивала.

– Мы были у мощей, – поведала мама в ответ на мой вопрос. – Этот милый мальчик из семинарии лично проводил нас, чтобы мы не стояли в очереди. А еще я купила тебе вот эту иконку. А Глебу – молитву в машину.

Оборотень покривился, но листок взял.

– Ее надо положить в бардачок. Помогает.

– Мам, – не удержалась я.