— Слава Христу, - сказала Крис. Шонк смерила ее внимательным взглядом. Пришла позже всех, как же. Пусть и вовремя, но… Крис никто не ответил. Она пробралась и села у ближайшего монитора.

— Итак, теперь, когда все собрались, - Шонк подчеркнула слово "все", - мы можем начать. Отчитываться сегодня будет Кати.

Кати, молоденькая сестра, слегка покраснела и начала рассказ. Временами она спотыкалась и заикалась, Шонк поправляла ее.

Завезли новые системы. И новый сканер, но он еще не распакован, стоит в процедурной. У врачей еще руки не дошли.

— Я вижу, - перебила ее Тэм, которая в это время внимательно просматривала что-то на мониторе, - что поступление систем в журнале не отмечено.

Кати беспомощно взглянула на нее.

— Кто принимал системы? - в голосе Шонк появился металл.

— Ну принимала я, - начала пожилая полненькая медсестра Ринс. Тэм укоризненно покачала головой.

— Это уже не первый раз, Ринс, когда ты халатно относишься к своим обязанностям. На прошлой неделе ты не убрала шкаф… я считаю, что это безобразие, и такого у нас не должно быть.

Взгляд Тэм был преданно устремлен на старшую сестру.

Крис стиснула зубы и опустила голову. Ей нравилась Ринс. Очень внимательная к больным, золотые руки… Да и каково это - на шестом десятке выслушивать, как тебя распекают, будто школьницу. Но возразить? Крис давно поняла, тот, кто возражает старшей - делает хуже и себе и тому, за кого заступается.

Рассказывали, что на одну такую правдолюбицу Шонк вообще написала бумагу в ДИС, якобы та позволяет себе антицерковные высказывания. И вроде нашлись еще свидетели, хотя большинство уверяло, что этого не было. Посадить девушку не посадили, однако с работы уволили, да и вообще были неприятности.

Улыбка застыла на лице Ринс.

— Почему я должна теперь выполнять вашу работу и заносить в журнал то, что должны были сделать вы? - громко вопросила Тэм.

— Я занесу, - не выдержала Крис. Все взгляды устремились на нее.

— Это одна строчка, - сказала Крис холодно, - я сделаю. Полминуты времени.

— Очень хорошо, - резюмировала Шонк, - а если кто-то не хочет действовать в интересах общего дела, то… я не собираюсь терпеть такого в нашем отделении. Мы боремся за звание образцового отделения, и если кого-то это не волнует, он может быть свободен. Продолжай, Кати!

Крис поймала на себе пристальный и внимательный взгляд Тэм. Та рассматривала ее, словно диковинную лягушку. Не будем обращать внимания… Господи, какая грязь… как все это противно. Скорее бы уж закончилась эта пересменка, и - в палату. Во вторую, наверное, сегодня.

Умер Ланки. Это еще в утреннюю смену. Еще у троих состояние стабильно тяжелое. А вот Тарика из четвертой палаты вышла из комы… Кати рассказывала о больных, не только сегодняшних, но и за выходные - о них Крис еще ничего не знала, последний раз дежурила в пятницу. Дрен опять пытался встать и куда-то бежать, говорит - надо срочно на совещание. Это после обширного инфаркта, да. Поступили двое новых. Сегодня женщина после операции, коронарной пластики с остановкой сердца и клинической смертью. И в субботу еще поступил мужчина, инквизитор, с тяжелым огнестрельным ранением грудной клетки.

Крис украдкой повернулась к монитору и по привычке стала просматривать карты поступивших больных. Шонк, конечно, может и одернуть… но Бог с ней. В конце концов, Крис слушает, что происходит вокруг. Да, вот эта женщина, Элис Райна, и вот… инквизитор.

Мониторы погасли разом. Крис вздрогнула всем телом, и рука непроизвольно сжалась, нажав кнопку отключения. Тэм недовольно буркнула что-то. Крис посмотрела на нее, на остальных - лица словно в тумане. Так нельзя… где же выдержка, где самообладание?

— Что случилось, Ней? - недовольно спросила старшая.