Loading...
Изменить размер шрифта - +

 

– «Повсюду ключи к разгадке для тех, кто читает между времен». Сплошная тарабарщина, правда, Джон? Бессмыслица.

Мортон вел машину, направляясь в район Хеймаркет. День выдался ненастный: порывистый ветер бросал в лицо прохожим струи холодного дождя, пробиравшего до костей. Было так пасмурно, что даже в полдень автомобилисты ездили с включенными фарами. Отличный денек для работы на свежем воздухе.

– Бессмыслица? Нет, Джек. Вторая часть вытекает из первой; тут есть какая-то логическая связь.

– Ну что ж, будем надеяться, ты получишь еще несколько писем. Может, тогда мы все поймем.

– Может быть. По мне, так лучше бы этот бред собачий вообще прекратился. Не очень-то приятно сознавать, что какой-то маньяк знает, где ты работаешь и где живешь.

– А твой номер есть в телефонной книге?

– Нет, не внесен.

– Значит, он шел другим путем. Но как же он узнал твой домашний адрес?

– Он или она, – уточнил Ребус, вновь засовывая письма в карман. – Ну откуда мне знать?

Он зажег две сигареты и одну, оторвав фильтр, протянул Мортону.

– Спасибочки, – поблагодарил Мортон, сунув в рот коротенькую сигаретку. Дождь шел на убыль. – Потоп в Глазго, – добавил он, не рассчитывая на ответ.

От недосыпа у обоих слезились глаза, но это дело уже не давало им покоя, и потому, с трудом соображая, они мчались по направлению к открытому всем ветрам сердцу расследования. На пустыре, рядом с местом, где было найдено тело девочки, соорудили небольшой разборный домишко, временный штаб, откуда полиция руководила операцией: проводился поквартирный опрос, а еще предстояло опросить друзей и родственников. Ребус терпеть не мог эту скучную и малопродуктивную работу.

– Одно меня беспокоит, – сказал еще утром Мортон. – Если эти два убийства связаны между собой, то мы, похоже, имеем дело с человеком, который выбирал себе жертвы наугад и раньше ни с одной из девочек знаком не был. А это значит, что работенка предстоит чертовски трудная.

Ребус тогда кивнул. Однако можно ли исключить вероятность того, что либо обе девочки знали убийцу, либо убийца сумел как-то завоевать их доверие. Иначе неглупые девочки, которым было почти по двенадцать лет, наверняка сопротивлялись бы при похищении. И это непременно кто-нибудь бы заметил. Пока же ни одного свидетеля не нашлось. Странно, очень странно.

Когда они добрались до тесного командного пункта, дождь уже перестал. Инспектор, руководивший выездной бригадой, сразу вручил им списки фамилий и адресов. Ребус был рад оказаться вдали от полицейского управления, вдали от Андерсона и его мышиной возни с отчетами и бумагами. Настоящая работа была именно в здесь, в гуще людей, возможных свидетелей поступков, а то и промахов убийцы, которые могут столкнуть расследование с мертвой точки.

– Вы не будете возражать, сэр, если я спрошу, кто предложил поручить нам с коллегой поквартирный опрос?

Инспектор сыскной полиции смерил Ребуса внимательным, насмешливым взглядом:

– Еще как буду возражать, Ребус, черт подери! Это ведь все равно не имеет значения, так или нет? Каждое задание в этом деле жизненно важно. Давайте не забывать об этом.

– Так точно, сэр! – сказал Ребус.

– Вы тут, должно быть, чувствуете себя, как в коробке из-под башмаков, сэр, – сказал Мортон, разглядывая тесное помещение.

– Да, сынок, я сижу в коробке из-под башмаков, но башмаки – это вы, ребята, так что шевелитесь, черт подери!

А вот этот инспектор, подумал Ребус, кладя свой список в карман, кажется, славный малый. Довольно остер на язык – как раз во вкусе Ребуса.

– Не беспокойтесь, сэр, – тотчас отозвался он, – мы мигом.

Он надеялся, что инспектор заметил иронию, сквозившую в его голосе.

Быстрый переход