|
И вот на второй день на караван напали разбойники. Они выскочили из лесной чащи на дорогу с обеих сторон от каравана и припустились к возам. Но не тут-то было. Охрана каравана не зря ела свой хлеб. Завязалась рукопашная схватка. И более обученная и слаженная охрана начала теснить кое-как вооружённых и явно необученных этим оружием в совершенстве владеть разбойников. Крестьяне бывшие, судя по всему. Может и есть пару солдат дезертиров, но хорошие воины не дезертируют.
И тут с дороги полетели стрелы. У напавших оказался козырь в рукаве. С ними был отличный лучник. Защитники падали от его точных выстрелов один за другим.
То, что в драку ввяжется доминиканец, можно было не сомневаться. Как же потасовка и без него⁈ Да, это зря прожитый день. Но пытавшийся удержать от бегства назад по дороге двух мулов, своего и отца Гюстава, Марек Форгач вдруг заметил, что в бой вступил и Алонсо. И что удивительно, вступил очень вовремя и очень эффективно. Он поднял с дороги два камня. Один положил назад, а второй несколько раз подбросил на ладони. Потом достал из-за пазухи кожаный шнурок и оказалось вдруг, что это праща. Вложив в кожанку камень, Алонсо раскрутил шнурок и отправил камень в стрелка. И ведь попал. Ну, не в голову, куда хотел, наверное, но в грудь. От удара стрелец покачнулся и выронил лук. Однако собрался, поднял своё оружие и нацелил его на Алонсо. И понятно, почему. Тот нагнулся за вторым камнем и снова раскручивал пращу. Воришка успел первым, и в этот раз камень попал куда надо, а именно в лицо разбойнику.
После потери главного своего бойца разбойники сдулись. Да ещё отец Гюстав, вооружённый, отобранной у одного из нападающих дубиной, начал раздавать благословение божие направо и налево. Поняв, что дела пошли не по плану, разбойники убежали в лес, оставив на дороге троих убитых и двоих раненых. А вот меткого стрелка они забрали с собой.
— Видишь, не зря я решил Алонсо с нами взять, — указал красному после битвы доминиканцу епископ.
— Фух. Фух, — ответил тот.
Событие тридцать восьмое
— Вона чё⁈ — Андрей Юрьевич смотрел в подзорную трубу на приближающийся отряд.
Ещё вчера разведчики сообщили, что в их сторону движется войско. И не оттуда, откуда ждали. Не с запада от Кёнигсберга и Мариенберга, а с севера. Разведка уже допросила пойманного фуражира. Выходило совсем кисло. Непонятно только для кого. Для его маленького отряда или для вполне приличного войска Гедимина.
Получалось, что на помощь этим крестоносцам, которые тевтоны, шли их северные братья или точнее Братья-рыцари (Ritterbrüder). Не так и давно по историческим меркам было образовано Ливонское отделение Тевтонского ордена во главе с ландмейстером, который подчинялся непосредственно великому магистру Ордена. И сидели ливонцы в Риге. Вот сейчас больше тысячи рыцарей и пешцев шли в сторону Юрбарга, помогать Вернеру фон Орзельну (нем. Werner von Orseln) — 17-тому великому магистру Тевтонского ордена.
Андрей Юрьевич себе верен остался и вперед по курсу своего маленького войска и на север, на фланг, разведчиков выслал. И вот возле местечка Шавли (наверное, станет Шауляем) эти посланные на север отряды и столкнулись с фуражирами ливонских рыцарей. Побили, естественно, несколько человек в плен взяли и допросили с пристрастием. Те радостно и сообщили, что пришла беда откуда не ждали. Пришлось разворачивать войско и ждать дорогих гостей. Мемель потерпит. А вот отобьётся ли Гедимин от ещё одного отряда рыцарей, неизвестно. И тех трёх, что уже к нему движутся вполне достаточно. А эти могут вообще в тыл ударить. Так и чёрт бы с ним, с тем Гедимином. У него с рыцарями перманентная борьба, одним поражением больше, одним меньше, не так и страшно. Плохо было, что Андрей Юрьевич оставил в замке три пушки и три баллисты с запасами бомб и горшков с греческим огнём. А эти технологии не должны попасть в чужие руки. Так там ведь и не только железяки с деревяшками, там его люди. |