В честь славного юбилея у начальника эскадры для высших чинов флота и армии состоялся завтрак, вечером в морском собрании – большой бал. На следующий день возобновили учения: крейсера – в Уссурийском заливе, броненосцы – в Амурском. “Рюрик” перед вводом в вооруженный (с 1 июля) резерв успел провести первую “примерно-боевую стрельбу”. 27 июня в Амурском заливе состоялась 25- мильная гонка минных катеров, на следующий день на виду у всей эскадры на пятимильную гонку вышли корабельные паровые катера. Затем парусную гонку на приз имени П.С. Нахимова провели лучшие гребные шлюпки эскадры. Первым этот только что учрежденный ежегодный приз для эскадры Тихого океана выиграл барказ крейсера “Россия”.

Выполнив полугодовую программу боевой подготовки, большая часть кораблей вступила в вооруженный резерв, который для кораблей 1 ранга с 1902 г. должен был составлять 36 месяцев в году!

Эта была заданная свыше своего рода норма бездействия – что-то вроде вмененных эскадре 36 “корабле-месяцев” (по аналогии с человеко-часами) стоянки на приколе. Поскольку простейший способ ее выполнения – на весь год оставить без плаваний три корабля – был, понятно, неприемлем (корабли, действительно, стали бы за это время плавучими казармами, на которых, как писал В.И. Семенов, “живут, скучая и ссорясь между собой, господа и мужики, одетые в морскую форму”), то начальнику эскадры, испытывая постоянное раздвоение личности, приходилось “разбрасывать” эту норму на все корабли. Сверх этой нормы были и другие, требовавшие экономии угля, воды, снарядов, смазочного масла и т.д. В результате, по словам В.И. Семенова, “хорошо, если за весь год наберется дней двадцать ходовых…” (В.И. Семенов. Флот н морское ведомство до Цусимы и после. Спб.-М., 1911. С. 30). Такая форма казенной экономии, как без обиняков докладывал начальник эскадры, имела исключительно отрицательное значение. Из-за нее расстраивался слаженный механизм эскадры, из-за нее, при невозможности плавать постоянно, корабли теряли приобретенные навыки, увеличивалась вероятность аварий и поломок механизмов.

За время стоянки, учений в Амурском заливе и поочередного докования кораблей эскадры Владивосток посетили под адмиральскими флагами корабли германского (крейсер “Ганза”), итальянского (крейсер “ Марко Поло”), американского (броненосец “ Кентукки”) и французского (целый отряд во главе с крейсером “Д’Энтрекасто”) флотов.

8 августа начальник эскадры вице-адмирал Н.И. Скрыдлов, исполнявший обязанности командующего морскими силами в Тихом океане, на крейсере “Россия” прибыл в бухту Америка, чтобы ознакомиться с перспективами использования флотом Сучанского угольного месторождения. 11 августа в двухнедельное северное плавание под флагом К.П. Кузьмича ушел крейсер “Громобой”. Пора было показать свой флаг в собственных водах, которые, как напоминал начальству в своих донесениях Н.И. Скрыдлов, иностранные корабли посещают каждое лето. Крейсер побывал в Корсаковском и Александровском постах на Сахалине, в заливах Де-Кастри и Св. Ольги, в Императорской Гавани – у берегов, которые помнили первые русские крейсера, где отдавали якоря фрегаты “Паллада”, “Аврора” и транспорт “Байкал”.

Крейсер “Россия” и броненосец “Севастополь” возобновили проводившиеся ранее опыты радиосвязи, достигавшей 25-мильной дальности. 30 августа состоялась смешанная шлюпочная гонка (по желанию – на веслах или под парусами), в которой приняли участие шлюпки американского крейсера “Нью- Йорк”. Первой, обойдя о. Аскольд за 2 ч 11 мин, закончила дистанцию баржа начальника эскадры, показавшая скорость 6 уз. 6 сентября минные катера “Рюрика” и “Громобоя” участвовали в проводившемся Владивостокской крепостью маневре контрминирования пролива Босфор Восточный.