Как только вечерело и наступали сумерки, он отправлял пять или шесть своих юных оперативников патрулировать район, в их ответственность входило включить тревогу или, если все спокойно, проверять общественные места. Старшие агенты, которые уже сдали свои Третьи оценочные тесты, носили рапиры и рабочие ремни. Младшие, как я, заботились только о вещмешках. Для меня это было просто фантастически — стать частью такой избранной, важной компании под руководством великолепного мистера Джейкобса и ходить в высоком жакете горчичного цвета с эмблемой его организации.

В последующие месяцы я училась, как смешивать соль и магний в правильных пропорциях, как пользоваться железной стружкой в соответствии с силой призрака. Также помогала оперативникам собирать их сумки, проверяла фонарики, лампы, цепи. Еще полировала рапиры, делала чай и кофе. А когда грузовики привозили заказы из Компании «Рассвет», которая находилась в Лондоне, я разбирала канистры, соляные бомбы и фляги, расставляла все по полкам.

Джейкобс как-то сказал, что я не только достаточно хорошо вижу Гостей, но еще слышу их лучше, чем многие. Мне не было девяти, когда я различила шептание в «Красном Сарае», неполные фразы, которые, без сомнения, принадлежали выходцу из могилы. Был еще неприятный инцидент в отеле «Лебедь», я услышала мягкие, осторожные шаги, подкрадывающиеся к нам сзади, таким образом, я спасла нас от прикосновения призрака. У меня быстро появилась положительная репутация в нашем агентстве. Я получила свои Первые и Вторые оценки в два раза быстрее, чем должна была, а уже на одиннадцатый день рождения сдала Третий оценочный тест. В один знаменательный день я вернулась домой со своей собственной рапирой, с пластиковым ламинированным официальным сертификатом и с личным экземпляром «Руководство Фиттес для охотников за привидениями» и (что волновало мою мать гораздо больше) с сильно увеличившимся месячным жалованием. Я стала главным кормильцем в семье, получив за четыре ночи работы в неделю больше, чем мать за полные шесть дней. Это она отпраздновала покупкой новой посудомоечной машины и огромного телевизора.

Меня почти не бывало дома. Все мои сестры разъехались, за исключением Мэри, которая работала в местном супермаркете. С матерью я тоже много не общалась, поэтому свои дневные часы (работала ведь, в основном, ночью) я проводила с молодыми агентами из агентства Джейкобса. Они были мне близки, мы работали вместе, вместе веселились, спасали друг другу жизнь. Если вам интересно, их звали Пол, Норри, Джули, Стеф и Алфи-Джо. Все они мертвы.

Я выросла высокой девушкой с крупными чертами лица, честно признаюсь, это мне не особо нравилось — слишком круглые глаза, слишком длинный нос, слишком густые брови, слишком надутые губы. Я не была красавицей, но, как однажды сказала моя мама, красота не моя профессия. Я быстро бегала, если не удавалось уладить вопрос с помощью рапиры, и упорно стремилась выполнить задание идеально. Я точно следовала правилам и слажено работала в команде. Надеялась вскоре получить Четвертые оценки и стать старшей в отделении, а после, возможно, создать свою собственную группу и принимать решения самостоятельно. Мои планы были трудными, но выполнимыми, по мере необходимости я их перестраивала — если в чем-то отпадала необходимость.

Когда агент Джейкобс был мальчиком, он работал в Агентстве Фиттес в Лондоне, тогда он был выдающимся оперативником. Но не теперь. Конечно, как у любого взрослого, его чувства притупились, он уже не мог легко распознавать призраков. Поэтому обязанности быть своими ушами и глазами он возложил на нас. Что было справедливо. Все руководители так делали. Их работа заключалась в использовании накопленного опыта, быстроты мышления, чтобы помогать направлять своих агентов, когда появлялся Гость, координировать план атаки, а, если нужно, обеспечить отступление в чрезвычайной ситуации.