— Эх, сигарет надо прикупить, — хлопнув себя по карманам, пробормотал Фортуна и с грациозностью бегемота выскользнул из зала.

Началась дегустация. Вернулся Фортуна и с наслаждением отпил треть кружки, довольно крякнул и спросил:

— Ну и что это за сорт?

— «Жигулевское», — сказал Астафьев, но все с возмущением отвергли это предположение.

— Нет, ты что!

— Скажи еще «Очаковское»!

— На «Балтику» тоже не похоже, — сказал Мысин.

— Ну, Андрей, а ты что скажешь? — настаивал Фортуна.

— Черт его знает! — Колодников рассмотрел пиво на свет. — Но точно не «Жигулевское».

— Пожалуй, похоже на «Толстяка», — подал голос Березин.

— Вот! Это именно «Толстяк»! — подтвердил Фортуна.

— Сейчас проверим, — Колодников быстро поднялся с места и, открыв дверь, ведущую в главный зал, спросил:

— Девушка, какое вы нам пиво принесли?

— «Толстяк», — донеслось до всех.

Фортуна сиял, а Колодников уже поднял руки, собираясь признать свое поражение, но победителя низверг Андрей Мысин.

— Да что вы его слушаете! Он выходил в зал и все узнал заранее.

— Когда?! — вскипел участковый.

— Тогда! — в тон ему ответил Андрей. — Когда ты якобы за сигаретами ходил.

Зачем они тебе нужны-то?

Тут все просекли ситуацию и расхохотались. Фортуна действительно не курил, единственный из всех. На круглом лице молдаванина появилась хитрая улыбка, и, рассмеявшись, он признал свое поражение.

— А ты глазастый, — сказал он Мысину, добродушно похлопав его тяжелой рукой по плечу, — настоящий мент, все просек.

Сержант тут же от греха подальше пересел от Фортуны подальше.

За столом все вскоре разбились на группы, и Колодников вышел в общий зал, на самом деле купить сигарет. Кто-то его окликнул:

— Андрей.

Майор оглянулся по сторонам, но понял, что голос раздался из-за плотных портьер кабинета.

— Зайди, — предложил тот же голос.

Колодников стрельнул глазами по сторонам: влюбленные ушли, бармен за стойкой протирал бокалы. Раздвинув портьеры, Андрей вошел и искренне удивился, увидев человека, пригласившего его. За столом в полном одиночестве сидел его бывший одноклассник, а теперь основной враг — авторитет местных криминальных структур Аркадий Антонов, Антоша.

Аркадий освободился, когда Андрей еще учился в милицейской школе, и сел второй раз, когда тот окончил ее. На этот раз он загремел надолго, убив в драке одного из противников и серьезно покалечив двоих. Нападавших было четверо, Антонов был вдвоем с Гусевым. Именно тогда на зоне он приобрел большой авторитет, и, вернувшись в Кривов, в начале девяностых Антоша заставил потесниться исконных кривовских. «пастухов», сколотив бригаду из подобных себе молодых отморозков.

Очень быстро он вышел в лидеры уголовного братства, пристрелив смотрящего за городом по кличке Василек. Доходы Аркадия росли, он не стеснялся менять машины одна круче другой, квартиры на престижные хоромы. Вершиной его «жилищной программы» стал дом на окраине города, на берегу речки Кривовки. Двухэтажная махина поражала своей невиданной для провинции вычурностью. Красный кирпич был уложен с выверенной безупречностью, узоры на облицовке, башенки по углам, круглые обводы окон, зеленая крыша из керамической черепицы. Ничего подобного в Кривове до сих пор не было. Двухметровый забор из того же красного кирпича поражал своей монументальностью, а решетки окон и ворот удивляли затейливостью узоров.