— Давай на спор! — сразу протянул ему руку Фортуна.

— Давай!

— Пошли?

— Пошли!

— Ты за прошлый раз с ними расплатился? — на ходу спросил Колодников у Березина, властвовавшего как раз на этом участке.

— А как же, с аванса.

При виде входящих клиентов лица официантов не засветились радостью. Менты сильно не шиковали, к тому же частенько гудели в долг, а временами и просто забывали расплатиться.

— Здравствуйте, девочки и мальчики, — предельно вежливо обратился к ним Фортуна. — У вас банкетный зал свободен?

— Да.

— Тогда с вашего разрешения мы расположимся там.

В главном зале «Айсберга» было немноголюдно, темная полировка пустых столиков отражала матовую желтизну круглых светильников под потолком, влюбленная парочка ворковала в углу под джин с тоником. Милиционеры прошли в конец зала, где за массивной дверью и бархатной портьерой разместился небольшой зал с длинным столом. В «Айсберге» еще имелась пара кабинетов, совсем крошечных, на двух человек, не больше. В зал вошла красивая, длинноногая официантка со строгим выражением лица.

— Что будете заказывать?

Менты вдруг засмущались.

— По пиву, да? Больше ничего? — обратился ко всем Фортуна.

— Не, хватит пива.

— Да, по кружечке.

— Платить сразу будете? — не меняя строгой мины, спросила девушка.

— Естественно! — в несколько голосов возмутились посетители.

Девушка хмыкнула и удалилась, не покачивая при этом бедрами, тем самым выражая присутствующим полное презрение.

— Ох ты, какая! — сделал заключение Фортуна, маслеными глазками поглядывая вслед официантке.

— А мне не очень нравится, — отозвался Мысин. — Худая больно.

— Ты че, все при ней! Видел, какие ножки?!

Астафьев прервал этот стихийный диалог по обсуждению достоинств официантки. Подойдя к Фортуне, он знаком попросил его встать, а когда тот поднялся, Юрий так же, не говоря ни слова, задрал вверх его руки и по всем правилам провел первичный обыск участкового. Никто ничего не понял, а больше всех опешил сам Фортуна.

— Ты чего, Юрок, заболел? — спросил он, выкатив свои черные, круглые от удивления глаза.

А лейтенант, закончив странное занятие, уселся на свое место.

— Нет, просто проверил, нет ли у тебя с собой пушки. А то опять нажрешься до глюков и начнешь выпендриваться, как прошлый раз на Первое мая.

— А что было первого мая? — спросил непосвященный Мысин.

— На природу мы ездили, человек семь, да? Ну там, Юлечка, Надя, Света из паспортного стола, в общем, обычный контингент. Так вот этот, — Юрий кивнул на потомка веселых молдаван, — вылакал литра два водки, ведро пива, а потом резко перестал нас узнавать и пробовал всех задержать до предварительного выяснения личности. Мы к нему: «Володя, Володя», а тот руку в карман сунул и кричит:

«Стоять на месте, а то всех перестреляю! Руки за голову!» А мы-то откуда знаем, со стволом он или нет…

Публика покатывалась со смеху, лишь Фортуна сидел с обиженным лицом.

— Да не было такого… — начал было он.

— Конечно, потому что ты не помнишь ни хрена…

Этот спор прервало появление официантки с подносом, на котором громоздились пивные кружки — большие, литровые, с фирменной эмблемой «Балтики».

— А вот и пиво! — с удовольствием сказал Колодников.