Тобиас Хилл. Криптограф
Моей сестре
Он прутик отломил от нижней ветви дуба. Листья обернулись тяжелым золотом, а он смотрел на них, И губы пересохли Он чувствовал, что мозг шевелится так странно, словно мускул. Тед Хьюз,«Метаморфозы» (переложение Овидия)
I Снегопад
Она опаздывает, и он сидит за столиком один. Не успел головы поднять, и в это мгновение она видит его, словно впервые. Старик, на руках и на шее бурые пятна, но глаза по прежнему красивы. От этого ему неловко: лучше быть не столь привлекательным и потому менее заметным. Его любимый столик, его любимый бар, – сторонний наблюдатель догадался бы, глядя, как он сидит. Его излюбленное место, где официантки уговаривают его поесть, ну же, Лоренс, закажите что нибудь, а таксисты отвозят домой со скидкой. – Анна, – говорит он, и она его целует. Не как обычно, а по родственному. – Как ты? – С тобой гораздо лучше. Два полных бокала уже готовы и ждут. Холодное сухое белое. К своему он не прикасается, ждет, пока она снимет пальто, сядет. Он вроде продрог, хотя в баре тепло. – Ты опоздала. – Прости, я пыталась позвонить. Ушла с работы, как только смогла, – улыбается Анна, но он уже машет рукой, вежливо, но раздраженно, будто извинения легковесны и противны ему, как сигаретный дым из соседней кабинки. – Работа. И как работается, по нынешним временам? – Ну, ничего не изменилось. – Она прислоняется к стене, обитой кожей. – Сам знаешь, как это бывает. – Отвратительно. Бедная моя протеже, – говорит Лоренс. – Я тебе рассказывал, что мне все еще снятся кошмары? – Не рассказывал, – отвечает она, будто он шутит. Смотрит на него и понимает, что он серьезен. Разве что чуточку смущен. – Не работа. Я хочу сказать – работа само собой, но здание, место. Ее Величество Центральная Налоговая служба. Говорят, давным давно был лабиринт, где дорога вилась меж слепых стен и разветвлялась на тысячу коварных троп. – Да ладно. Не все так плохо. – Лишь потому, что дорога приводит к тебе. Но теперь ты здесь. Теперь ты здесь, и нам есть что отметить. Есть за что выпить. Я хочу поздравить тебя. – С чем? – С твоим замечательным новым клиентом… Мистером Джоном Лоу. С чем же еще? – Он сияет от гордости. – Думала, я не узнаю? Я тебя удивил или поразил? – Поразил, конечно. – Обманщица. Можешь улыбнуться. За твоего клиента, твою карьеру и за Джона Лоу, Криптографа. – За Криптографа. Они поднимают бокалы. Она не удивлена; не так, как он надеялся. В конце концов, поиск информации – жизнь Лоренса, или часть его жизни – на вопрос, чем он занимается, он, как правило, отвечал «работаю с информацией». Ее удивляет, что он так счастлив. Целый день ждал разговора с ней. Это написано у него на лице. Она смотрит, как он пьет: осторожно, едва пробуя вино. Шабли двадцать первого века. Он делит сутки, выпивая по бокалу в час от полудня до полуночи. Вино Клепсидры. – Ладно, сдаюсь. Как ты узнал? – У меня по прежнему есть источники. Что ты о нем думаешь? – Пока ничего. – Да неужели? – Расследование еще не началось. Я с ним даже не встречалась. – Но у тебя есть его досье, ты все о нем знаешь, не так ли? Конечно, знаешь. – Твоя школа. – Моя. – Он опирается на спинку сиденья. – Я мог бы помочь… Ну ну, я понимаю, когда меня не хотят. Но если понадобится совет, ты знаешь, где меня найти. Видишь ли, я немного ревную. |
