— Жаль, что я оставил тюбик суперклея в кармане других штанов.

 — Вы не понимаете, — сказал Цао. — Камень не просто разбит, он осквернен. Я чувствую остатки тьмы, которые все еще таятся в его сердцевине.

 Эрин представила колокол Джона Ди и сотни стригоев, сгоревших дотла под этим колоколом, чтобы их темные сущности могли быть собраны внутри этого священного камня.

 — Можно ли его очистить? — спросила Эрин. — Освятить?

 Святой обряд крещения смывает с души первородный грех.

 Нельзя ли очистить подобным образом и самоцвет?

 — Лишь добро может прогнать зло, — ответил Цао. —Лишь свет может рассеять тьму. Чтобы очистить от подобной скверны, потребуются величайшее добро и ярчайший свет.

 Монах повернулся, чтобы посоветоваться со своими собратьями. Они перешептывались друг с другом на санскрите.

 Эрин жалела, что не понимает их слов, но чувствовала, что ответ придет не от этой троицы.

 «Я — Женщина Знания».

 Она посмотрела на изумрудные отблески, которые отбрасывали осколки, лежащие на ладони Джордана, потом перевела взгляд на песчаную картину. Изучила три фигурки, перед которыми лежали символические изображения Арбор, Аква и Сангвиc у и вспомнила то, что сказал Гуго:

 «Вы должны разгадать загадку, чтобы забрать камень, принадлежащий вам».

 Эрин вновь повернулась к Джордану, глядя, как отблески камня играют на его лице. Мерцающие зеленые блики казались крошечными листьями, растущими на алых линиях на его коже — точно на виноградных лозах. Как будто камень действительно был семечком, проросшим внутри Джордана.

 

Она произнесла вслух:

 — Эти камни... они связаны с каждым из нас отдельно?

 Цао повернулся к ней.

 — Так сказано в пророчестве Просвещенного. Дочь Евы будет связана своей кровью с красным камнем. Сын Адама укоренится в зеленом камне через свою связь с землей. А Бессмертный воссоединится с синим камнем, ибо обуздал свою природу, дабы получить возможность ходить под синим небом.

 Эрин пожалела, что у нее нет времени прочесть эти древиие пророчества самой, но ей нужно было сосредоточиться на насущной проблеме.

 — Если камень Сына Адама разбит, то, может быть, Сын Адама сможет восстановить его, — сказала она, переводя взгляд со Стоуна на белого льва и зная, что эти двое связаны общим свойством. — В крови Джордана содержится ангельская сущность, сущность созданий света и праведности. Может быть, эта чистота сможет очистить камень от скверны.

 — И если эта кровь способна исцелять самого Джордана, — добавил Рун, — то, возможно, ей также дана сила исцелить этот самоцвет.

 Стоун пожал плечами.

 — А если это не получится, я могу просто держать две половинки вместе голыми руками.

 Эрин осознала, что это было шуткой лишь наполовину.

 — А разве у нас есть иной выбор? — спросила она.

 — Эрин права, — вслух заявил Христиан, глядя на потолок и, вероятно, ощущая состояние солнца. — Что бы мы ни намеревались попробовать, давайте сделаем это поскорее.

 — Тогда посмотрим, на что способна моя кровь. — Джордан достал нож из-за голенища ботинка. — Вряд ли я смогу осквернить ею камень сильнее, чем он уже осквернен.

 Он поднес нож к своему запястью.

 — Нет, не здесь! — воскликнул Цао. — В нашем священном храме запрещено проливать кровь!

 — Тогда где? — спросил Джордан, поднеся острие ножа вплотную к коже.