Услышав это название, Легион задрожал: это место было тесно связано с его историей, и именно там он изначально пребывал в заточении. Похоже, в то время как он охотился на трио, оно подобралось вплотную к его истории.

 

Всю свою решимость он вложил в одно-единственное слово:

 «Зачем?»

 Тихий ответ коснулся его слуха:

 — Они ищут записки Джона Ди.

 На этот раз собственные воспоминания захлестнули его сознание:

  ...старик с белой, точно молоко, бородой и мудрыми темными глазами... 

  ...эти глаза улыбаются мне через стену зеленого пламени. 

  Он мой тюремщик... 

  ...во мне пылают боль и ненависть... 

 Демон оттолкнул от себя Эбигейл, держа ее на расстоянии вытянутой руки. Его клеймо чернело на ее щеке. Теперь Легион знал, куда должен направиться.

 В Прагу.

 У него уже были рабы поблизости от этого древнего города, и он мог бы призвать их туда, но Легион намеревался сам явиться на место событий. Эбигейл может перемещаться при свете дня, она поможет ему сделать то же самое.

 Там, в Праге, он отомстит за свое прошлое, защитит свое будущее... и уничтожит надежды человечества.

 

 

 

 ЧАСТЬ III

 

 

 Ибо беззаконие, как огонь, разгорелось, пожирает 

 терновник и колючий кустарник и пылает

 в чащах леса, и поднимаются столбы дыма.

 Ис. 9:18 

 

 

 

 Глава 16

 

  18 марта, 14 часов 40 минут 

  по центральноевропейскому времени 

  В воздухе над Чешской Республикой 

 

 Элизабет, сидящая в задней части вертолета, обеими руками вцепилась в ремни безопасности. Реки, деревья и поселки проносились под их крохотной летучей машиной с головокружительной скоростью. В окно она видела игрушечный мир, и сама себе казалась ребенком, который смотрит на этот мир сверху вниз, собираясь поиграть.

 В ее крови пылающее вино все еще боролось с темной силой. И все же Элизабет вновь чувствовала себя цельной, впервые за несколько месяцев.

 «Это то, что я есть, то, чем должна быть».

 Быть может, она даже сумеет простить Руна за все, чему он подверг ее, потому что он указал ей дорогу сюда, даровал ей эти мгновения.

 В течение всего полета из Венеции Рун бросал на нее долгие взгляды, словно боясь, что она исчезнет. Эрин и Джордан, сидевшие у другой стенки кабины, быстро уснули, в то время как София и Христиан занимали пилотские кресла, управляя воздушным судном, плывущим по бескрайним воздушным рекам.

 Это было восхитительное время для того, чтобы быть живой.

 «И я выпью это время до капли».

 Она вгляделась в расстилающийся впереди пейзаж, зная, что скоро они окажутся в Праге. Элизабет гадала, узнает ли она город, или он окажется таким же чужим для нее, каким оказался Рим? По правде сказать, ей было все равно. Она научится и приспособится, проплывет сквозь все перемены, чтобы достичь вечности.

 «Но не в одиночестве».

 Она представила себе юное лицо Томми. В прошлом он многому научил ее относительно современного мира. В ответ она научит его чудесам ночи, наслаждению кровью и течением лет, которое больше не затронет их никогда.

 Графиня улыбнулась.

 «Кому нужно солнце, если будущее — такое яркое?»

 В наушниках, которые она надела перед полетом, раздался голос Христиана.