– Я его слуга‑человек, Джейсон.

– Да, человек‑слуга с собственным слугой‑вампиром и подвластным зверем. Подвластным зверем, который не является животным ее Мастера.

– Это привлекает на сторону Жан‑Клода еще и леопардов.

– Нет, не совсем так. Мика и его леопарды отвечают на зов Жан‑Клода из любезности и потому, что Мика считает, что это неплохо, а не потому что он подвластен Жан‑Клоду. Он в твоей власти, так же, как и все другие кошки. Это твоя сила, а не Жан‑Клода.

– Но я связана и с волками.

– Ты так же метафизически привязана к Ричарду, твоему Ульфрику, нашему королю волков. Кто может поручиться, что твоя связь с волками идет от Жан‑Клода, а не от Ричарда?

– Я все еще чего‑то недопонимаю?

– До Жан‑Клода дошли слухи, что другие мастера считают, что если бы у них был такой слуга, как ты, они бы добились не меньшего могущества, чем Жан‑Клод, к тому же они достаточно сильны, чтобы попытаться тебя отбить.

– Они могли бы быть? – Уточнила я.

– Это не смешно, Анита.

Это было так непохоже на Джейсона, не дать мне пошутить над чем‑нибудь чертовски плохим, возможно, даже слишком плохим, чем я думала.

– Прости, Джейсон.

Он улыбнулся мне.

– Все в порядке, ты не могла знать того, о чем тебе не говорили.

– Почему Жан‑Клод не рассказал мне?

– Потому что ты не станешь меняться. К тому же он не хочет, чтобы ты менялась, но нам нужно найти способ погасить шумиху в Сент‑Луисе.

– Какой?

– Прекрати приглушать слухи о том, что у Жан‑Клода бывает секс с твоими мужчинами. Если ты с ним ими делишься, это объясняет его терпеливость.

– Но это не правда.

Он посмотрел на меня.

– Обычно вампир может ощутить запах лжи, если у него достаточно силы. Я могу справиться с лицом, с глазами, с телом, с голосом, но Джейсон, я не знаю, что делать с ароматом кожи и скоростью пульса. Я не настолько хороша.

– Почти ни у кого не получается, – сказал он.

– Тогда как же мы сможем солгать кучке Принцев Городов?

– Не лги, – ответил Джейсон.

– Как это понимать?

– Позволь Жан‑Клоду делить с тобой твоих мужчин или спать с другими женщинами.

Я уставилась на него с распахнутым от удивления ртом, потом собралась с мыслями достаточно, чтобы сказать:

– Ты предлагаешь себя?

Он рассмеялся и откинулся на кровать, свесив ноги.

– Я говорил тебе и раньше, Анита, я попросил его, и он исключил меня. Он исключил меня потому, что посчитал, что ты этого не одобришь.

– Но ведь ты не любишь мужчин, – возразила я.

– Обычно нет, но Жан‑Клод исключение. Может быть, все дело в том, что я его pomme de sang, но я понял, что, возможно, не настолько гетеросексуален, как считал.

Я понимала, что Джейсон только что сказал мне, но совершенно не хотела об этом думать.

– Я помню, ты говорил, что попробовал когда‑то с кем‑то из парней и понял, что это не твое.

– Скажем так, мне больше нравится давать, чем получать.

Я, должно быть, выглядела озадаченной, потому что он сел и поцеловал меня в лоб.

– Ты ужасно симпатичная для того, в ком живет первый документально зарегистрированный суккуб.

– Я не симпатичная.

– Симпатичная, хоть тебе это и не нравится.

Я не знаю, что бы я ему ответила, но тут постучали в дверь. На этот раз это была еда. Я не была уверена, что хочу есть, но была им благодарна за то, что они прервали этот разговор. Я хочу сказать, что уже перевыполнила план по задушевным беседам на этот день.