Рубанув обнаженного по пояс Воина по руке, я отпрянул в сторону, пропуская недостаточно быстрый выпад, и чиркнул острием по бороде врага.

Тот разом потерял интерес к дальнейшей схватке и схватился руками за рассеченное горло.

В принципе, я мог вообще не участвовать в стычке, но меня смущали ксуровы ледяные демоны.

Их сейчас успешно сдерживали УГи, но Чуйка Воина так и свербела, толкая меня вперёд к источнику магии.

От ледышек фонило холодной, кислой силой, и точно такой же источник находился в одном из шатров.

Этот шатер был поменьше и победнее центрального, но намного богаче всех прочих, из чего я сделал вывод, что там обитает шаман.

И он пока что, к моей вящей радости, не предпринимал никаких шагов.

Я же не собирался давать ему ни единого шанса.

Приняв на жесткий блок слабый удар до сих пор пьяного северянина, я пнул ему между ног и, не утруждая себя контролем, подскочил ко входу в шатер.

Резко взвыла Чуйка Воина и я отскочил назад.

Шаман, судя по всплеску кислятины, все-таки не спал и готовил какую-то пакость.

Не долго думая, я схватил подвывающего от боли северянина за волосы и швырнул его в проем шатра.

Во рту появился привкус железа, запахло кислятиной, а пьяный Воин покрылся коркой льда.

Решив не жадничать, я достал из Инвентаря лазерный пистолет и, упав на землю, несколько раз выстрелил из-под ног ледяной скульптуры в центр этой неприятной силы.

Из шатра донесся сдавленный хрип, и привкус кислицы будто немного развеялся.

— Они замедлились! — послышалось удивленное восклицание пилота УГа. — Парни! Навались!

Ну мы и навалились.

Ледяные демоны, потеряв поддержку шамана, мгновенно потеряли в эффективности, и Воины Оута с легкостью с ними расправились.

Следом пришел черед еле стоящих на ногах северян.

Большая часть северных захватчиков сгруппировались у шатра вождя, а трое бросились наутек.

Одного подстрелил из своего пистолета я, остальных двух Воин на УГ-семь.

Доспехов северяне не носили, поэтому пневматической винтовки оказалось более, чем достаточно.

Вот только, несмотря на почти победу, меня до сих пор что-то тревожило…

— Ну вот, — довольно усмехнулся молодой белозубый пилот Семерки, — а говорили бесполезная пукалка!

— Да из неё только по воробьям стрелять, — прогудел бородатый Воин, управляющий УГ-шесть. — Один плюс — не громыхает!

— Точно! — я хлопнул себя по лбу, указывая на двух птиц, выпущенных из шатра вождя, и сейчас стремительно улетающих куда-то на запад. — Стреляй по голубям!

— Почтовые курьеры! — сообразил бородатый. — Стреляй, Петька!

— Понял, Василий Иваныч, — бодро отрапортовал Воин, вызвав у меня нервный смешок. — Не уйдут голубчики!

Его пневматическая винтовка глухо зафыркала, подтверждая репутацию пукалки, но результат был на лицо.

Спустя пару секунд и пять выстрелов голуби безжизненными тушками свалились вниз.

— Молодца, — похвалил Семерку бородатый Воин. — А теперь давай по варварам.

— Да командир и так справится, — отозвался белозубый Петя, впрочем, послушно выцеливая одного северянина за другим.

В штурме центрального шатра и последующей резне с вождем северян и его личной гвардией я не участвовал, но никто особо не расстроился.

А Макс с Оутом и вовсе, как я понял, устроили соревнование — «Кто перебьет больше северян».

Я же, пока Воины добивали не желающих сдаваться северных воителей, разбил ледяную статую, замеревшую на входе в шатер шамана.

Не знаю почему, но мне не нравились эти статуи.